Читаем Ночь Пса полностью

— Основной материал — остатки записки, обработанной фотосенсибилизатором, восстановлению не поддается. Но… На книге найдены многочисленные отпечатки пальцев объектов Прокат-1, Прокат-2 и Седой, — начал Генри. — Отпечатки датируются различными сроками…

— На какой книге? — прервал его Саррот. — Я не в курсе ваших деталей…

— Почтовым ящиком, который нам передал для срочного анализа герр Комски, была книга. Малый атлас Четырех Миров. Имитация раритетного издания… — Генри откашлялся. — На обложке и двух страницах, кроме уже упомянутых, найдены отпечатки, идентифицированные по имеющимся у нас копиям файлов МВД Объединенных Республик. Они имеют странность…

Пенсне Саррота раздраженно и вопрошающе сверкнуло вновь.

— Они принадлежат некоему э-э… — Генри справился в записях, — Перу Густавссону, отбывающему срок заключения согласно приговору суда по делу известных вам Шести портов…

Господин Саррот снял пенсне и уставился на собеседника близоруким, ничего не понимающим взглядом.

— Кроме того, заключенный Густавссон не был ни освобожден досрочно, ни объявлен в розыск… И срок его заключения ИУСТ не истек… Отпечатки, однако, оставлены им всего несколько часов назад. Нет, — Генри предупредил возможный вопрос. — Тут не может быть ошибки. Единственно разумное предположение — книга была кем-то срочно доставлена из ИУСТ сюда — в Кафе букинистов…

— Вы долго думали, прежде чем его сделать — это предположение? — ядовито осведомился шеф.

И, не дождавшись вразумительного ответа, попросил:

— Продолжайте. Или заканчивайте…

— Еще найдено, что ряд букв в приложении атласа — в разделе указателей особым образом помечен…

Саррот продолжал сверлить подчиненного близоруким вопрошающим взглядом.

— Отметки, которые несет текст, сделаны карандашом, еле заметно, но легко обнаружимы. Мы прогнали эту информацию через систему дешифрации и получили двадцать четыре осмысленных варианта расшифровки.

Генри протянул шефу пачку распечаток.

— Вы хотите, чтобы я прочитал все двадцать четыре? — с ласковым гневом осведомился тот.

— Нет… — Генри смутился. — Из них только один читается как адрес. И адрес этот соответствует одной из записей в наших файлах. Вот…

Господин Саррот принял листок из рук шефа экспертизы, воздел пенсне на нос, прочитал: ZELLER 3 STAR 12 1118 и снова снял пенсне. Положил листок на стол, пенсне — на листок и ночной птицей нахохлился над столом.

— Спасибо Генри, — глухо сказал он. — Вы свободны…

Господи, — спросил Бога человек, коротавший время за пивом у стойки. — Кто это увязался за чертовой китаянкой?… Готов поклясться, что я знаю этого пентюха. Видел его… Да это же — этот тип из Метрополии — Яснов! Как я не предусмотрел этого! Ждать больше нечего…

Он поднялся и двинулся следом за стремительно удаляющейся парой. Расстегнул пиджак и осторожно привел в боевую готовность скрытый под ним компактный автомат.

И еще один человек двинулся за ними. Сержанту Манфреду Кроне совсем не понравилось, что схема операции, которую ему с предельной ясностью втолковал Гурам, резко перекосилась и, чтобы не терять из виду Тихоню, ему пришлось двинуться через пустоватый зал, привлекая к себе совершенно излишнее внимание.

Ким Яснов был бы просто недостоин своей лицензии детектива, если бы не обратил внимания на этот маленький переполох.

Какого черта за нами увязался тип из жандармерии? — чуть рассеянно подумал он.

Энни ступила на торопливые ступени эскалатора. Чтобы ответить на назойливое жужжание Кима, она повернулась к нему — он уже был снова рядом. Отставая от них на пару шагов, на ступени вскочил тот самый худощавый любитель пива — сухой человек с резкими, словно шрамы, складками на лице.

— Мисс! — окликнул он Энни.

Младший следователь Смирный… — с легким удивлением констатировал про себя Ким.

Дальше события развивались слишком стремительно.

Впоследствии Ким не раз прикидывал и так, и этак — как обернулось бы дело, не поторопись неопытный жандарм, шедший в образовавшейся связке третьим, обнажить ствол. Узи-микро в прижатой к корпусу руке Смирного он заметил уже долей секунды позже. А в тот момент именно это — оружие в руках сержанта Кроне — заставило замкнуться в мозгу Агента на Контракте какой-то маленький, чисто профессиональный контур, который хранил в себе простенькую схему: Б стреляет в А, а В стреляет в Б. И шито-крыто. Против этой последовательности событий Агент на Контракте и работал дальнейшие тридцать секунд.