Читаем Ночь навсегда полностью

Антон, например, не испугался, когда слушал разговор двух сокурсников — на папином празднике в ноябре. Подвыпившие мужики зашли в детскую комнату, думали, что пусто. И прямо там же курить начали, гады. А ребенок играл, прятался в «домике» за шкафом. Он догадливый, он сразу ухватил, КАКУЮ службу те собрались организовывать, КАКИХ исполнителей решили подбирать. Было жутко интересно! Поэтому через несколько дней будущий воин отправил одному из этих людей письмо — по адресу, который нашел в записной книжке папы. Письмо было не написано, а напечатано на пишущей машинке в конторе отца. Сын ведь часто ходил к отцу на службу, был там своим. Кроме как на этой машинке, ребенку негде было напечатать историческое послание… А предварительно он открыл себе счет в банке, который обслуживает детей наравне со взрослыми — по специальной карточке с фотографией. Вот только за последний заказ, ну, за директора аэропорта, он потребовал послать деньги на счет отца в сберкассе. Этакий подарок от неизвестного доброжелателя. Мечтал, что отец все-таки съездит с ним в Ялту, надеялся, что суммы «подарка» хватит. Он очень хотел на море, вот и размечтался, дурачок…

Антон всхлипывает. А может начинает плакать — неожиданно и по-мужски скупо. Он ведь не знал, что из-за него подумают на папу, — «опасный преступник» и все такое, — он старался все предусмотреть, а такое ему даже в голову не пришло. Он ведь любит папу (странно это прозвучало, диковато, зато искренне), и, честное слово — он не нарочно! Он больше не будет… Конечно, мой маленький. Если не всякий взрослый умеет предусмотреть хоть что-нибудь, что же говорить о ребенке? Не расстраивайся, мой родной, побеждать учатся в боях… Отец снимает с себя рубашку, оставшись в одной майке, и набрасывает ее на плечи сыну. Это совершенно бессмысленно — ткань насквозь состоит из дождя и пота. Впрочем, она хранит тепло мужского тела. «Зачем?» — несчастно спрашивает отец. Снова: «Зачем?», и ничего кроме этого слова выжать из себя не может.

Х. воспитал догадливого сына. Мальчик мгновенно ухватывает смысл вспорхнувшего над парком вопроса, и объяснения его столь же естественны, сколь и просты. Заработать денег, накопив достаточную сумму — чтобы, когда вырасти, быть богатым. Это раз. (Потому счет в банке и открыл — пусть проценты накручиваются.) Помочь папе — два. Съездить на море — три… Каждый день он бегал в сберкассу, проверял папин счет, но вознаграждение никак не приходило. Так и сорвалась его мечта — следующие за Токсовом две недели августа пожить в Ялте. Вдобавок этот дурак с почты объявился. Сплошные невезения… А вообще, он очень любил Работать. Причем, он Работал, только когда отец был на заводе — иногда по ночам, если Х. уходил в ночную смену, или днем вместо уроков. Но в последнем случае допущенный прогул обязательно компенсировался усиленными домашними занятиями. Вот почему на каждое из происшествий Х. имел алиби — к удивлению компетентных органов… Что еще? Исполнять Такую Работу предпочтительнее всего на пустынных лестницах. Действительно, психически здоровому человеку в голову не придет, что маленький мальчик, бесцельно околачивающийся возле лестничных подоконников, может быть смертельно опасен. Человек, очевидно, его попросту не заметит, протопает по ступеням мимо и не оглянется… Ну, что еще? До последнего времени использовался шприц-тюбик, это очень удобно, однако сегодня выяснилось, что дротики не менее эффективны, особенно, если никак не удается подойти к врагу вплотную. Так же недавно была опробована новая система — ножиком. Как раз на том дураке с почты, который по чужим письмам шарил…

Отец пытается что-то спросить, и опять получается только одно слово: «Почему?»

Почему? Так ведь это самый нормальный способ заработать деньги! Потому что самый легкий. Проще простого, — сообразительный Антон давным-давно успел осознать столь очевидную вещь. Всего-то хлопот — подвернулась скамеечка, и готово. После Того Случая у него полная ясность в мозгах настала, вот так.

— Какая скамеечка? — неестественно шепчет отец, обретя вдруг подобие голоса. Он с ужасом чувствует, что трясина ночного бреда засосала его целиком.

— Ну, скамеечка… — хлюпает носом сын. — Не нарочно получилось… Я мячиком играл-играл, и попал ей в спину. Несильно, честное слово. А она почему-то из окна упала…

— Кто — упала? — в который раз не понимает Х. Этой ночью он вообще трудно понимает человеческую речь. Наверное, очень устал и хочет спать. Или до сих пор не проснулся…