Читаем Ночь империи полностью

Она могла бы тоже заниматься этим на досуге, пытаясь устранить соперниц, но ей было настолько наплевать, что наложницы, бывшие когда-то подругами, даже не видели смысла с ней враждовать: Владыка мог завести себе хоть одну, хоть десять любимиц. В понимании других девушек вдова Владыки была крайне несоциальной личностью.

За время размышлений, на которые отвлеклась целиком и полностью, Олли осталась с тави наедине. Глава военного ведомства ушёл, ворча себе под нос что-то о беспардонности и старых временах, но вдова Владыки вернулась к реальности только, когда он хлопнул напоследок дверью посильнее.

Зевнув, Самаэль потянулся и, ничтоже сумняшеся, откинулся на подушку.

– Так что там с сударем Онерли?– Олли подпёрла щеку ладонью, между делом думая о том, стоит ли выкидывать тави из своей постели или предложить ему задержаться.

– Пал жертвой оппозиционеров из Ковруса,– прикрыв глаза, произнёс мужчина.– Вместе с супругой, сегодня ночью. Печальное событие.

Ресницы у него были светлые, почти в цвет волос, и длинные. Совсем, как у женщины, ещё и слегка загибавшиеся кверху на кончиках.

– Почему-то у меня есть подозрение, что один из этих оппозиционеров был высокого роста, светло-

– Нет,– Самаэль посмотрел на девушку.– Я действительно провёл ночь во дворце. Точнее говоря, на оборонительной стене. Тави Эммерих мой свидетель, мы с ними прикончили три графина вина.

Упоминание одного из генералов вернуло мысли к обещанию «что-то сделать» с Холодным дворцом, и Олли с едва слышным хмыканьем посмотрела в окно. Никогда никуда не пропадавший червячок сомнения ворчал, что никто не будет пытаться ей помочь – какой в ней был смысл, не разбиравшейся толком в политике, способной быть полезной только, если пустит к себе в постель. Да и то, не для чего-то серьёзного.

Немного полежав, Самаэль со вздохом сел, после и вовсе уйдя – ему нужно было собрать предварительно раскиданные по помещению детали одежды. Олли повернулась к нему, когда тави уже был в шаге от малахитового кафтана, наполовину сползшего на пол с подлокотника кресла.

– Как думаете,– скрестив руки на груди, девушка слегка нахмурилась,– мне стоило, как всем девушкам в гареме, пытаться стать Владычицей?

– Можно было бы,– Самаэль замер с кафтаном в руках.– Но бесполезно ведь.

– Почему?

– Владычица – женщина, которая равносильна солнцу и свету империи. Это не может быть любая красавица из южного крыла, пусть даже и одна на десяток рыжая,– тави мягко улыбнулся.– Она должна быть умна, сильна духом и ставить себя равной мужчинам.

– Регенту точно не нужна супруга? Владыка ведь всегда должен быть… семейным. Хоть относительно.

Накинув на плечи верхний кафтан, Самаэль подошёл к краю постели и чуть наклонился. Олли не ожидала, что он вдруг подденет её указательным пальцем за кончик носа, вынуждая морщиться от неожиданности и прятать лицо.

– За что?!

– Не надо думать, что я просто так вякнул про Холодный дворец, сударыня.– Тави склонил голову к плечу, с усмешкой подмигивая собеседнице.– Я не могу обещать тебе регента, но женой военного быть тоже неплохо.

Сложив руки на коленях, Олли чуть сморщила нос, но быстро расслабилась и тихонько хмыкнула.

– Между прочим, мне понравилось.

Она немного помедлила прежде, чем взглянуть на тави, замершего в некоторой нерешительности, и улыбнуться.

4.

Ранее ушедший разыскать Гринда для допроса, глава ведомства Элан вернулся красный, как рак, но объяснить причин своего внешнего вида не успел. В двери постучались, и на пороге оказалась девица со словами о том, что она будет новым главой дипломатического ведомства. Она имела наглость не просто зайти в зал, но и заявить, что отныне должность почившего Онерли занимает она, и как раз в момент этого разговора в помещение незаметно проскользнул Самаэль. Это было одним из его удивительных свойств – он мог быть незаметным несмотря на всю яркость своей внешности.

– Где тебя черти носили?– едва слышно прошипел ему Айорг, хватая за рукав, пока тави не пришла в голову мысль сесть от него подальше.

– То там, то здесь,– тихонько хохотнул Самаэль.– Тебя это волновать не должно.

Пока главы ведомств пытались побороть собственное возмущение подобной наглости, девица продолжала убеждать их в том, что она – следующая за Онерли, и в процессе попыток доказать свою правоту упомянула, что должность ей пророчил Великий генерал Гелен. Когда Айорг хотел было переспросить, присевший рядом, как ни в чём не бывало, Самаэль отвлёк внимание девушки на себя.

Главы ведомств прониклись к девице ещё большим недоверием, чем когда она просто вошла, стоило ей начать приплетать к произошедшему генерала Гелена. Волей-неволей размышляя об этом, валакх вспомнил, что у него был Ноктис, равно как и первый тави готовый сделать всё ради того, чтобы Владыкой назначили того, кто им был необходим. Народ, к которому принадлежал питомец, всем был известен умением перекинуться в любого, если видел хоть раз – а генерала Гелена Ноктис наблюдал во дворце достаточно.