Читаем Ночь империи полностью

Страна, которая была занозой для многих предшественников, а благодаря старшему сыну Мортема на какое-то время стала вассалом, исправно платившим дань. В семь тысяч двести девяносто восьмом году Третьей Эпохи на престол сел мальчишка Фикяр, за его спиной встал Владыка-регент, и едва ли не после интронации пришло письмо, тоже от регента. Это была женщина – ранника Лаахи, державшая власть в руках до тех пор, пока её сын не достигнет совершеннолетия. Она обладала достаточным умом и наглостью, чтобы объявить об отказе выполнять договор, заключённый некогда между империей и её страной.

Айорг не то, чтобы любил Махадри – он считал эту страну слишком легкомысленной, с культурой, построенной на обожании всего живого, песнях и танцах – но признавал, что время от времени они выдавали интересных личностей, а ещё не имели никогда и в мыслях быть занозой для империи. Просто Эрейя считала, что должна прибрать к рукам как можно больше земель, а Махадри на мирное предложение стать колонией с первого дня отвечала суровым отказом.

Наверное, именно из-за знания этих особенностей регентом, Владыка Фикяр оказался тем, кто закончил бесконечные склоки с южанами: требование ранники Лаахи было удовлетворено, и Махадри вновь стала абсолютно независима от своих соседей.

Помнится, Сонрэ тогда готов был плеваться ядом, убеждая всех и каждого, будто регент был плохим влиянием на молодого правителя. Он будто забыл, что сам, стоя возле Фикяра на церемонии интронации, нашёптывал ему на ухо пошло звучавшие речи о том, что мальчишка теперь – солнце и луна империи, вода для несчастных, защитник для слабых и отец с матерью в одном лице для всех желающих. Это звучало куда страшнее, чем общение с южанами, о которых бедный ребёнок к своему счастью даже не узнал.

– Вы хоть слушаете?

Мысли о Махадри упорхнули точно так же, как жившие в той стране птички-морянки, мелкие и крайне нелицеприятные. Айорг часто заморгал в попытке вновь сориентироваться в пространстве и понять, что, зачем и почему.

Напротив, отделённые от него громадой стола и пышным ковром, сидели главы ведомств и тот самый генерал Сонрэ. Почему он до сих пор таскался в компании политиков, валакх не имел не малейшего понятия, но точно знал, что ему не нравится наличие в этой группе Мадлены. Девушка сидела среди этих интриганов, как овца в стаде волков. Обидно было, что овца не подозревала о не самых добрых намерениях своего окружения.

До решения по личности нового Владыки оставался день. Завтра, когда займётся солнце, нужно было объявить своё решение народу. После этого было чуть больше суток на устройство интронации, а к свадьбе подготовка полным ходом шла уже сейчас, пока Владыка-регент тщетно пытался сообразить связь между своей неуёмной дочерью и главами ведомств.

– Хоть бы каплю уважения проявил,– фыркнул Сонрэ, скрестив руки на груди.

Потерев глаза, Айорг наклонился вперёд и запоздало, когда было уже бесполезно что-то менять, почувствовал, что сидел на собственных волосах. Ему случалось порой забывать подобрать их, что неизменно веселило Олли, если замечала, как он потом мучился. Пришлось отказаться от идеи наклоняться.

– Я предпочитаю платить людям их же монетой,– спокойно ответил он генералу.– Вы ко мне уважением не фонтанируете, сударь.

– Все, давайте все успокоимся,– взял на себя роль миротворца глава дипломатического ведомства Онерли.– Сударь регент, мы с моими соратниками подумали о Вашем желании выдать нашу дражайшую принцессу замуж за правителя ифритов, и решили, что это… Не совсем целесообразно.

– Не скажу, что удивлён,– валакх вскинул бровь.– Судя по наличию среди вас моей дочери, вы считаете рациональным класть под Князя её. Мадлена, ты хотя бы в курсе, зачем они тебя притащили?

Судя по тому, как резко побледнела при упоминании Иблиса дочурка, она знала просто, что должна помочь в чём-то убедить родителя. Для неё это было лишним поводом поиграть на отцовских нервах, и потому Мадлена ухватилась за предоставленную возможность, не раздумывая.

В отличие от принцессы Офры Мадлена встречалась с хозяином огненных земель пару раз, когда навещала прочно окопавшегося там в нынешние годы старшего брата. Иблис, конечно, не выглядел сущим монстром, но, как и принадлежавшая ему страна, внушал некоторые опасения своей неопределённостью и отсутствием конкретики в вопросе: «Что от этого ждать».

– Но ведь согласитесь, сударь регент,– подхватил идею своего товарища Элан,– будет гораздо выгоднее, если за правителя потенциального союзного государства выдать девушку с более высоким статусом.

Айорг приподнял голову, поводя вниз-вверх костяшками указательного пальца по шее к подбородку. Главы ведомств либо сами не понимали, что стояли, по колено закопавшись, либо придумали такой план, который он пока не учуял и не смог толком понять.