Читаем Низший полностью

Брухе повезло – система творит чудеса. Она смогла заползти в медблок и система подлатала старую ведьму. Спасла ее. Восстановила. А следом случилось еще одно чудо – один из сквадов притащил сову. Скваду повезло – сову вырвали из лап матерых зомби, что пытались сожрать механическую птицу. Зомбаков накормили иглами, сову притащили к сурвершне – просто так, без всякого задания. Позднее она обласкала этот сквад так, что они быстро стали отлично экипированными героями. Бруха помнит добро.

Сову удалось починить.

Повреждения были небольшие – там и сям вмятины, несколько больших рваных пробоин в металле. Это уже зомби постарались, разрывая крылатого робота. Ну еще пластиковые элементы раздроблены.

Было сложно. Но Бруха справилась – хотя пришлось долго плести политические паутины, играя с Матерью в дочки-матери, зарабатывая дополнительные баллы. Но удалось… удалось… совушка снова летает. Но больше никогда не приближается ближе, чем на полкилометра ко второму больничному корпусу. Никогда!..

Что она видела до падения совы? Вспышку. А еще она слышала музыку. Да, музыку. Что-то ритмичное, что-то барабанное, что-то потустороннее. И в ее мозгу, вместе со вспышкой, навсегда отпечаталось изображение невероятно злой хари матерого зомби со стальным черепом, яростным оскалом и сверкающими глазами. Это ужас… настоящий ужас, что навсегда останется с ней…

Во втором больничном корпусе живет что-то злое… что-то… дьявольское…

– Дерьмо! – зло рыкнул я и ударил пяткой ботинка по бетонке.

– Как дела, герой? – спросила обошедшая кусты Кассандра.

За плечом игстрел, на поясе игстрел поменьше – почти копия моей пиги – идеально подогнанная кираса почти не видна под жилетом с многочисленными карманами, на голове черный шлем с откинутым щитком. И это лишь часть снаряжения – пифия защитой не пренебрегала, экипировавшись по полной программе. Уважаю. А еще у нее за спиной виднелся стальной ажурный приклад, а на груди висел ремень с кругляшами патронов… эх…

– За снарягой сама следишь? – поинтересовался я, с трудом отводя взгляд от облитой патронами груди пифии. Как патокой палила – так и хочется целовать, целовать, целовать, губами вытаскивая патрон за патроном и жадно глотая, глотая…

– Конечно – улыбнулась она, усаживаясь на бетон напротив – Протеиновый батончик будешь? Еда успокаивает.

– Тогда сожри пять! – не выдержав, снова рявкнул я и зло зашипел, повернув башку в сторону скрытых деревьями больничных корпусов.

– Все так плохо для меня?

– И для меня – кивнул я – Но я уже герой. И мы можем убраться отсюда уже через полчаса, сразу же направившись бодрым галопом в сторону Тропы.

– Ого… то есть все не просто плохо, а прямо дерьмово?

– Отступись, если хочешь жить – посоветовал я – Найди другой способ стать героем – не здесь. Не в Зомбилэнде.

– Так… вот теперь мне страшно – пифия больше не улыбалась – Ты что-то узнал, верно?

– Почти. Я скорее сопоставил. Вынужденно сопоставил.

– Почему вынужденно?

– Понимаешь, когда тебе показывают обычное здание и говорят, что вот уже как лет двести никто не может добраться до четвертого этажа… хочешь или не хочешь, но ты начинаешь думать.

– А я значит не думала?

– Значит не думала – кивнул я.

– Может я тупая?

– Может и тупая. Ты сюда кусаться пришла?

– Прости. Я… твои слова выбили из колеи, гоблин. Защитная женская реакция. Мы либо целуем, либо кусаем. Нейтрального не дано. Продолжай.

– Понятно, что я сразу откинул всю эту чушь про мистику, про одновременную смерть сурверов и про прилет грузового дрона с подарками. Честно говоря, я сделал только одну вещь, которую не сделал, похоже, никто.

– И что же?

– Я исключил из уравнения сраный синий свет. Просто убрал его.

– Я не поняла.

– Все просто, пифия. Представь, что это просто комната. Любая. Просто комната куда никто никак не может попасть, погибая на подступах. Причем погибают отлично подготовленные и снаряженные отряды. Причем погибают даже при предварительной расчистке территории и при помощи других сквадов, что пытаются прореживать ряды свежих зомбаков бегущих ко второму корпусу.

– Я это знаю. И ты пока ничего не пояснил.

– Да это же на поверхности! Тут же по всему Зомбилэнду подсказки! Первую же подсказку дала мне ты! И вторую тоже! А потом я увидел это сам. Но просто не сопоставил одно к другому.

– Я подсказала? Да я нихрена не понимаю! Ты же видел мою папку! Синий свет…

– Пифия! Забей на синий свет! Он тут не при делах. Это как фонарик бьющий в глаза и слепящий, отводящий все внимание на себя. Вы сами придумали это, сами ослепили себя.

– Тогда поясняй.

– Я же подсказал.

– В чем твоя подсказка?

– Я сказал, что погибают отлично снаряженные и подготовленные бойцы. Те, что до этого прошли сотни битв с тварями. Ты же сама говорила, что порой при выполнении заданий «Доставка» скваду приходится уничтожать до семидесяти матерых зомби!

– Говорила.

– Семьдесят!

– И что?! – явно завелась Кассандра – И что?!

– И сквады выполняли задание! А за ними следом такое же задание выполнял следующий сквад – и тоже выживал! Вот и ответь мне, пифия – сколько же зомбаков собирается во втором больничном корпусе? Сто?

– Ну…