Читаем Низший полностью

– В литр вишневого кисловатого сока выдавить целый средний лимон, добавить три желтые шипучие витаминные таблетки, одну таблетку кофеина и тройную дозу антацида. К этому всему некоторые эстеты добавляют ложку темного сахара и одну эльфийскую слезку. Дороговато выходит, но в честь нашего примирения и твоей победы…

– Полный набор для эстетов – кивнул я – И туда же таблетку пэйнкиллера если найдется.

– Найдется. Сделаю.

– Два таких! – с надежной рыкнул орк – Но мой без пэйнкилера.

– Три! – встрял мечник.

– Мы заплатим – кивнул я еще раз – За вчерашнее бойцов надо поощрить.

– Надо-надо – расплылся в ухмылке Рэк – Лид…

– Что?

– А вот после обеда… в свободное личное время…

– Не тяни зомби за сочащиеся тестикулы. Говори.

– В бордель можно заглянуть? Вот детский коктейль выпить, а затем по-взрослому отдохнуть со сладкими крошками…

– Ты контролируешь себя?

– Полностью.

– Никакого бухла кроме того, что ты выпил. Ну можешь в свой детский мозготряс булькнуть еще грамм сто пятьдесят самогона. И на этом все! Дальше борделя никуда, торчать там можешь до тех пор, пока я за тобой не приду. Повторю, орк – либо ты в борделе ритмичные оздоровительные процедуры проводишь, либо за первым бараком лежишь на песочке и отдыхаешь.

– Спасибо, командир! И, кстати, у меня ничуть не микровялый, а очень даже габаритный отросток и…

– Уймись!

– Ладно… пойду попрошу влить амброзию в детский состав… – простучав начищенными до блеска ботинками орк вломился в лавку и сходу заорал – Оставь место для самогона, лавочник!

– Не ори, придурок! Скагг тебя за жопу укусил что ли?! Ща налью…

– И наши неси, Рэк – крикнул я.

– Вашему узкоглазому могу предложить пакет подсоленных рисовых крекеров – добавил Жаба.

– И этому не толерантному гаду еще не нравится, когда его зовут Жабой – заметил я Каппе – Сходи за крекерами.

Кивнув, придерживая рукоять меча, азиат бесшумно взлетел по ступенькам, но зайти не успел, остановленный моими следующими словами:

– И сходи с Рэком отдохнуть, мечник. А то мутноваты у тебя больше глазки твои узкие.

– Я в норме.

– Повторю главное правило, Каппа. Если рубящий зомбаков на кровавые куски герой во время отдыха не хочет веселья, бухла и траха – с героем что-то не так.

– Потрачу десять минут на бордель – решил Каппа – Затем долгая тренировка.

– Хм… Хорошо. Но чтобы к началу задания был бодр и свеж.

– Да, командир.

Оба проинструктированных вернулись через несколько минут, принеся с собой огромные бокалы с ядовито-красной жидкостью увенчанной столь же ядовито-желтой пеной, откуда торчала длинная и толстая зеленая соломинка. Приняв холодный дар, я влил в себя глоток и перекосился, когда по враз онемевшим вкусовым сосочкам ударила огромная подкисленная кувалда. Охнув, захлебнувшись стремительно побежавшей слюной, я затряс головой, чувствуя, как ко мне возвращается бодрость, а остатки сонливости поспешно убираются прочь.

– Охренеть – выдавил Рэк, сплевывая под себя желтым – Охренеть… а в желудке то как резать смачно начало…

– Идет большая и плачущая – предупредил меня Каппа, не усевшийся как орк рядом, а вставший сбоку скамейки, держа одну руку на рукояти меча.

– Вижу – кивнул я и рискнул сделать еще один глоток ядерной смеси.

Снова охнул, почавкал и почмокал, осушая пасть от потока слюны. Да-а-а-а… это же надо было додуматься до такого рецепта мозготрясного. Лишь бы на самом деле желудок не прожгло.

– Реально прямо на нас прет жируха – заметил Рэк, успевший вылакать треть больше чем литрового объема – Могу дать ей в сопливый торец до того как она огорчит тебя тупыми речами.

– Ни в коем случае – тихо усмехнулся я, пряча рот за чуть просевшей шапкой желтой шипящей пены – Это же идеальный собеседник.

– Она-то?

– Она самая. Безнадежно влюбленная в красавчика жирная усатая уродина, знающая, что ей никогда и ни за что не обломится в потные ручонки брутальное мускулистое счастье, знающая подноготную про всех красоток побывавших в его постели, носящая им коктейли до траха и после, готовая стирать носки и трусы великого Артура – предварительно занюхав их до одури – всегда находящаяся рядом, всегда готовая на все и мечтающая лишь об одном – чтобы однажды Артур набухается до такой степени, что не сможет осознать в чьей постели оказался и наконец-то войдет в ее истомившееся лоно… Она так берегла Артурчика. Так надеялась. Так переживала. Так гордилась им… А тут какой-то гребаный гоблин взял да и попрыгал на милом личике Артурчика, превратив его в кровавое булькающее месиво. Я когда увидел ее перекошенное лицо в финале детской драки – специально еще пару прыгнул на харю дебила, постаравшись расплющить нос и вбить его поглубже к зубам. Ее впечатлило…

– Жестокий ты ублюдок, командир – заржал орк и заорал – Че те надо, страшная? Вали отсюда! Ого! Да у ней палка! Засунь ее себе знаешь куда, безутешная?!

– Сука! – увесистая палка была по сути сломанным молодым деревцем с наспех обломанными ветвями.