Читаем Ницше и христианство полностью

Единовластно господствующий со времен Гегеля исторический миф внушает нам, что мы абсолютно зависимы от нашей эпохи. Он не допускает ни малейшей возможности для нас быть иными, чем того требует наше время. Если мы вообще представляем собой что-нибудь, то это «что-нибудь» есть лишь удовлетворение требований века; мы действительны лишь постольку, поскольку отвечаем своему времени. В противном случае мы — ничто, или, если хотите, ничтожества. И при этом они совершенно уверены, что знают, что такое «наше время».

Кое-что тут и в самом деле верно: никому из нас не дано удостовериться в своем бытии как отдельного человека иначе, как во времени, в исторических костюмах нашего настоящего, во всех подробностях нашего происхождения, положения, словом, нашего так-бытия. Но само это удостоверение возможно только на основании истины и происходит вопреки всякому времени, то есть по существу никогда не бывает современным или — что то же — современно всегда.

Таким образом перед нами двойная задача: признать историческое значение для нас этих трех мыслителей и, учитывая, что в их лице мировая история духа сделала шаг вперед, восстановить на этом уровне старую, то есть вечную истину. Итак: как выглядит вечная истина после того, как были на свете Киркегор, Маркс и Ницше?

Ответить на этот вопрос предстоит прежде всего каждому мыслящему человеку для самого себя. Ход вещей в мировом масштабе никто не в силах ни направить, ни предвидеть. Однако каждый из нас может желать воздействовать на него в том направлении, которое открывается ему как истинное.

И в решении этой задачи Ницше может оказать неоценимую помощь. Его особенная честность заключается в том, что определив две противоположные тенденции, он всякий раз стремится реализовать обе, и всякий раз в конце концов возвращается на путь разума и человечности. С его помощью мы можем укрепить и развить нашу собственную честность, учась замечать Иное, противное разуму в нас самих — то вечно готовое к прыжку, вечно жаждущее подчинить себе начало. Ему тем легче удается нас соблазнить, что оно связано с нашими продуктивными импульсами и кажется куда более реальным и действенным в этом мире, чем разум и человечность. Заключить союз с Ницше против Ницше, самостоятельно провести его поединок с самим собой — единственный, видимо, верный путь для нас.

На этом пути всех трех мыслителей нам следует рассматривать вместе, чтобы один корректировал другого. Слепо следовать в чем бы то ни было авторитету одного из них — роковое заблуждение. Но связать, соединить их невозможно — можно лишь заставлять их сталкиваться, высекая искры. У них нет учения, нет сколько-нибудь прочных конструкций, ибо ни одно их построение не выдерживает критики. Они не могут дать дома. Они возбуждают движение, но не дают удовлетворения.

Сегодня еще рано сулить о том, насколько глубок надрез, сделанный Ницше на историческом древе человеческого сознания и мышления. Но влияние его теорий и постулатов, даже его поз и словечек бесспорно огромно. Оно сказалось повсюду — во всяком случае, в том мире, где говорят по-немецки. Выяснить свои отношения с Ницше неизбежно придется человеку, который пытается сегодня философствовать.

Удобнее всего, не изучая Ницше по-настоящему, сразу покончить с ним, выбрав из его собственных сочинений десятка два убийственно абсурдных высказываний, а сделать это очень легко. Можно просто последовать за ним, поверить ему — но и на этом пути вам его не понять, тем более что, пытаясь его слушаться, вы тем самым ослушались бы его многократно повторяемого требования: «Не следуй за мной, следуй за собой».

Чтобы усвоить Ницше, нужно сперва выучиться мыслить философски, но философски мыслить у Ницше научиться нельзя — тут нужны великие философы, мыслящие, так сказать, на одном дыхании, обладающие глубоким, сосредоточенным взглядом и ни на миг не упускающие из виду всесторонне открытые принципы своего знания. Энесидем-Шульце сказал однажды юному Шопенгауэру в ответ на его вопрос, с чего начинать изучение философии: «С Платона и Канта!» Оно и по сей день так. Основа философствования по-прежнему лежит в традиции, без штудирования Платона, Канта и других великих вам не сделать в нем ни шагу. Но сколько бы вы их ни штудировали, философия не станет для вас действующей в настоящем силой без Ницше, как, впрочем, и без Киркегора и Маркса.

Карл Ясперс

Ницше и христианство

Перевод с немецкого Т. Ю. Бородай

Художник Е. А. Михельсон

Корректор В. В. Ахметьева

Подписано к печати 14.10.94 г.

Формат 75 x 90/32

Бумага офсетная. Печать офсетная

Зак. 1171. Тираж 12000

Московский философский фонд

Издательство «МЕДИУМ» Москва 1994

ЛР № 030358 от 13 апреля 1992 г.

Московский философский фонд

Москва, Смоленский б-р, 20