Хотя, свое прошлое письмо, я отправил всего неделю назад, но мне кажется, что прошла уже целая вечность. Я уже не говорю про то время, когда мы прощались. Будто это было в наших прошлых жизнях. Ты можешь не верить, но я почти не сплю по ночам. Тоска по тебе столь велика. Но она меня только закаляет. С каждым днем без тебя, моя любовь становится все сильней и сильнее. Я считаю дни, часы и минуты, когда мне позволят вернуться к тебе. Мы поженимся, я построю тебе терем в десять раз больше, чем у твоего отца. У нас будет много детей, любовь и радость в нашем доме. Я знаю, что расставание невыносимо. Но скоро все переменится, поверь. Я не хочу предвосхищать события. Но есть большая вероятность, что я вернусь раньше срока назначенного твоим отцом. Но о чем это я? Наша разлука, столь тосклива для меня. Я помню каждую частичку твоего лица. Твои пленительные глаза, твои изумительные косы, твои сладкие губы. В се время думаю о тебе и корю себя за то, что виновен в нашей вынужденной разлуке.

Велизарий своей любимой Нильмере. Письмо XI.

Глава 3

Когда Атилла порабощал римлян и их союзников телесно, так и римские обычаи порабощали вождя гуннов морально. Он уже начал носить одеяние, похожее на императорскую тогу. Просил в обращениях обожествлять его, хотя встретившись несколько лет назад с византийским императором, которого слуги называли посланником бога, возненавидел их всех, за такую наглость. Теперь Атилла даже завел печать на манер знатных римлян.

В начале весны пришли вести с юго-западных берегов Рейна. Королевство Бургундия, протекторат Рима, занимавший часть земель бывшей Нарбонской Галлии взбунтовался против Атиллы и собирал войско. После нескольких сражений стало ясно, что приструнить Бургундию будет непросто. Атилла брал крепость за крепостью, но королевский двор перемещался в другие. По всему было ясно, помощь к ним идет напрямую из Рима. Горная и холмистая местность, в которой располагались их главные крепости, также вносила свою лепту в планы гуннов. Наконец-то Атилла разгромил большую часть городов и убежищ врага. Оставался самый сильный и труднодоступный. Римляне бросили на подмогу большие силы, к Бургундии присоединились и прочие племена западных готов. Предстояла решающая битва.

В единственной, оставшейся целой, горной крепости королевства Бургундия шла праздничная вакханалия. Приехали большие люди из Рима. Повсюду лились реки вина, а в домах происходил разврат, за развратом.

На подмогу Бургундцам прислали из Рима даже какого-то центуриона, из легиона самого Флавия Аэция, правда он вдрызг напился и очутился мордой в хлеву. В главной крепостной башне, шло собрание. Управление войском было решено отдать колдунам — потомственному галлу по имени Дрекон и свирепой ведьме-чародейке из племени Бриттов. Ее звали Дрикка. Ход был правильный. Римские стратеги понимали, что гуннов без колдовства, им не одолеть.

— Что думаешь Дрикка? - спросил Дрекон, обрюгзший старик. Ведьма была еще молодой, но уже скрюченной.

— Чтобы одолеть Атиллу нам нужно объединить свои колдовские силы.

— Для этого нам нужно уединиться на эту ночь и опробовать самые грязные и мерзкие штучки.

— Пойдем же скорее, я не могу больше ждать.