Читаем Никому не уступлю полностью

Дженет глядела на мраморные плитки пола, чувствуя, как мучительно краснеет. Почему-то она не смела встретиться с ним глазами. А душа трепетала и содрогалась от доселе незнакомого, непостижимого чувства – не то сожаления, не то зависти, не то всего этого сразу, да плюс еще чего-то неизмеримо сильнее.

– А почему бы вам не начать убеждать ее в этом уже сейчас? Зачем ждать так долго? – еле ухитрилась сказать она, чтобы не выдать себя.

– Это было бы не совсем прилично, – холодно ответил маркиз. – Мы ведь еще официально не помолвлены.

Кое-как совладав с собой, Дженет снова вскинула голову и смерила его ироническим взглядом.

– А я и не думала, что вы такой приверженец условностей, маркиз.

– Вы очень плохо меня знаете, Жанет, – столь же иронически парировал он.

– Да, – вполне серьезно согласилась она. – И не желаю знать лучше. – Она поднялась. – Я не согласна на ваше предложение. Не могу понять, отчего вы так упорно навязываете брак девушке, которая один раз уже пыталась от вас сбежать.

Леон де Астен пожал плечами и тоже встал.

– Должно быть, такова природа любви – девушке бежать, а мужчине гнаться за ней. – Он вопросительно поглядел на собеседницу. – Это единственное, что вас останавливает?

– Нет.

– Ага. – Он несколько секунд помолчал. – Что ж, Флора будет сильно разочарована. Это она первая придумала, чтобы вы заняли освободившееся место.

– Скажите ей, что мне очень жаль.

– Надеюсь, вы сами ей это скажете. – Он снова помолчал. – И прошу, не позволяйте неприязни ко мне помешать вам стать ей подругой, пока вы тут. Она бы очень хотела, чтобы вы навестили ее.

Дженет сглотнула.

– Не уверена, что это хорошая идея.

– Почему же? – Леон де Астен развел руками. – Я принял ваше решение. Так что теперь может быть плохого?

О Боже, думала Дженет, ты и не представляешь. И хорошо, что не представляешь. Вслух же она произнесла:

– Скорее всего, я здесь надолго не задержусь. Помимо всего прочего, мне ведь необходимо… – Она замялась, осознав, что собиралась сказать.

– Необходимо зарабатывать на жизнь, – бархатным голосом докончил он. – И все же вы отказываетесь от работы, когда ее вам предлагают. Как странно.

– Я взрослая женщина, месье. И сама могу решать за себя.

– Женщина? – задумчиво переспросил он. – Вот уж не знаю.

– Как… как вы смеете! – от негодования у Дженет перехватило горло. – Моя… моя личная жизнь вас не касается.

– Бросьте. Я вовсе не утверждаю, что вы физически девственница, – нетерпеливо отмахнулся он. – Это совершенно несущественно. А важно то, что иной раз, глядя на вас, Дженет, я вижу испуганного ребенка, который пытается драться со всем миром сразу, а больно делает лишь себе самому.

– Благодарю вас за столь точную психологическую характеристику, – ядовито ответила молодая женщина. – А Флоре передайте, что, если она захочет навестить меня здесь, я буду счастлива ее видеть. Может, – еще язвительнее добавила она, – мы с ней устроим кукольное чаепитие. А теперь прошу вас меня извинить. Уверена, крестная будет рада увидеть вас перед вашим уходом.

Она принялась демонстративно собирать журналы и полотенца.

– Думаю, она вполне счастлива беседой с моим дядей. – Леону хватало наглости не скрывать своего веселья. – Он надеялся тоже повидаться с вами, но, вижу, вы не в настроении. Маркиз шагнул к молодой женщине и несколько секунд стоял, глядя на нее. – Я рассердил вас, – негромко произнес он наконец. – И, кажется, слегка напугал. Поверьте, это вовсе не входило в мои намерения. – Он взял ее за руку – она не сопротивлялась – и быстро прижал тонкие пальчики к губам. – До встречи, Жанет.

Голос его звучал низко и очень интимно.

Дженет чувствовала, как жаркое солнце окружает ее, оплетает золотой паутиной, стягивая вместе с ним. Подпав под чары этого мгновения, она недвижно стояла, без слов глядя в темные глаза маркиза. Он снова заговорил, голос его изменился, тон стал более деловым.

– А если вы передумаете насчет работы, которую я предлагал, только дайте знать. Буду рад.

Боль разочарования оказалась столь острой, что Дженет чуть не вскрикнула. Но, справившись с собой, выдернула руку и одарила гостя улыбкой, разящей, точно лезвие бритвы.

– Скорее ад замерзнет, маркиз. Всего хорошего. – И гордо ушла, вздернув голову.

Чтобы не проходить через гостиную, Дженет вошла в шато сквозь боковую дверь. Проскользнув к себе, она стянула купальник и залезла с головой под душ. Запрокинув лицо и закрыв глаза, молодая женщина медленно поворачивалась под упругими струями, подставляя потоку грудь, спину, бедра, пока не почувствовала себя обновленной и исполненной новых сил.

Потом она тщательно вытерлась и надолго застыла перед высоким зеркалом ванной комнаты, глядя в него настороженно и чуть ли не с опаской. Точно ждала, что в ответ на нее оттуда уставится кто-то совсем чужой, незнакомый.