Читаем Никому не отдам полностью

  "Да пропади всё пропадом! - мысленно ругнулся он. - Будь что будет, подумаю об этом позже". Женщина, которая нужна ему больше, чем воздух, зовёт его. Надо быть законченным кретином, чтобы отказаться от этого. И полным ослом, чтобы не понять - она желает его так же сильно. Ни тем, ни другим Саймон не был. Всю дорогу до дома они дурачились по телефону, рассказывая друг другу шуточки, пытаясь совладать с рвущим их на части ожиданием.

  Въезжая во двор за Алёной, раздумывая, где удобнее припарковаться, он заметил высокого, ладного мужчину, в серо-голубой униформе. Он припомнил - так одеты стражи порядка в этом мире.

  Алёна выпорхнула из машины, приветствуя стража. Саймон нахмурился, заглушил двигатель и направился к девушке.

   - ...Михалыч! Рада вас видеть, как поживаете? - щебетала Алёна, пожимая руку незнакомца.

   - Да всё хорошо, стрекоза. Давненько не виделись с тобой. Надо же, какой красавицей ты стала! Вот бы мать-покойница порадовалась. Только я к тебе с нехорошей вестью. Писулька к нам в отделение поступила на студента твоего. У вас же учится иностранец какой-то? Чёрт, имя у него такое мудреное, запамятовал.

  Он открыл папку.

   - Не стоит утруждаться, - Саймон протянул руку. - Иностранный студент - это я.

  Он вежливо представился мужчине, тот, немного растерявшись, ответил на рукопожатие, зачем-то внимательно разглядывая его руку, точнее, перстень на ней.

   - Марат Михалыч, - девушка с недоумением уставилась на представителя закона, - вы хотите сказать, что кто-то написал заявление на Саймона?

   - Не кто-то, дорогая, а семь человек. Включая сыночка директора рынка. По мне, так их давненько следовало отлупить за их художества на районе. Но родители такую вонь подняли, что я вынужден разобраться. - Всё это время он внимательно оглядывал Саймона, сосредоточенно выискивая что-то на его руках, одежде и обуви.

   - Молодой человек, вы с утра не переодевались?

  Саймон отрицательно покачал головой. Он понял, что искал страж порядка, и мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Во время драки он не прикоснулся ни к одному из горе-вояк, никаких видимых следов на нём не было. А вычислить след простенького заклинания у местных сыщиков - кишка тонка.

   - Да уж, ситуация. Я понимаю, парень вы крепкий, но так, чтобы семерых отдубасить и ни царапины не получить. Тут что-то не так...

   - Марат Михайлыч, - он не...

   - Алён, я справлюсь, - он отодвинул в сторону решившую прикрыть его собой девушку.

   - Мне следовать за вами? - уточнил он у стража.

   - К сожалению, придётся. Документы у вас с собой?

   - Разумеется.

  Чуть ли не силой затолкав Алёнку в подъезд, он клятвенно пообещал, что во всём разберется как можно скорее и обязательно позвонит. Однако, подъехав к зданию с вывеской "Районное отделение полиции ? 12" он обнаружил, что рядом с ними паркуется Алёна.

   - И что ты здесь делаешь? - не скрывая раздражения, поинтересовался он.

   - Должна же я знать, в чём обвиняют моего студента. Тем паче, что студент этот - иностранный подданный. И хочу, чтобы ты знал - не люблю, когда мне указывают.

  Пожав плечами, Саймон прошёл за стражем. Алёна проследовала за ним.

  Глава 6

  В небольшой кабинет участкового народу набилось столько, что яблоку было негде упасть. Среди присутствующих Алёна с удивлением опознала в громко вопящей даме институтскую завхозиху Зою Олеговну. Её ненаглядный сыночек Феденька притулился на стуле, стараясь быть как можно незаметней, что при его габаритах получалось плохо. Когда он поднял голову, Алёна заметила цветущий под глазом огромный синяк и разбитую губу. Увидев Саймона, парень хрюкнул, бросив на него затравленный взгляд, и вообще сдулся, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Двух других, стенающих и демонстрирующих побои на всеобщее обозрение, раненых в пылу разборки "бойцов" Алёна не знала. Видела пару раз, как они пили пиво у местного дома культуры, но понять, каким образом они связаны с Федюней - именно так называли толстяка все, кто был с ним знаком, она не могла. Отпрыск начальницы над совками и мётлами был мало того, что похож на средних размеров бегемота, так ещё в придачу глупым, вялым и безвольным маменькиным сынком. Кто пальцем поманит, за тем обычно и шёл, как телок на верёвочке.

  Басовитые вопли дородной Зои Олеговны перекрывал визгливый голосок невысокого худого мужичка в столь безвкусно подобранных дорогих шмотках, что от одного взгляда на него начинала болеть голова. "Чисто попугай Кеша в колхозе", - подумала Алёна, сходу узнав в голосистом "пижоне" Константина Борисовича Савоськина директора областного рынка и по совместительству папашку надоедливого Кольки.

   - А ну заглохли все! Живо! - цикнул Марат Михалыч на собравшихся и прошествовал к своему столу.

  Когда завхозиха снова было принялась выть белугой, требуя для Саймона чуть ли не смертной казни, участковый, скривился так, словно у него внезапно заболел зуб, и злобно гаркнул:

   - Я сказал, заткнуться! Иначе всех сейчас в камеру определю, она быстренько успокоит.

  Молодой человек, - обратился он Саймону, - ваш паспорт.