Читаем Николай Трошин полностью

С волнением и нетерпением ждал встречи с ее родителями и Николай. Он испытывал двойную радость - ведь это их медовый месяц и одновременно возможность осуществить свою мечту и сделать первую книжку для детей на тему о труде. Потом они назовут эту книжку "Как свекла сахаром стала". А пока впереди поездка. Сборы были быстрыми, взяли лишь необходимое: бумагу, карандаши, краски, этюдник, палитру. И вот уже поезд мчит их на Украину. Путь был долгий, со множеством пересадок. Наконец они в Знаменке. На станции их ждала коляска с парой лошадей. Ехали по песчаной дороге, поднимая после себя клубы пыли. Встречные крестьяне по старинному обычаю им кланялись. Пейзаж был унылый, кругом степь да степь, а над горизонтом вздымалось громадное небо с огромными облаками. Они не заметили, как доехали и уже были во дворе возле большого деревянного дома с крыльцом посередине. На крыльце стояли ее родители и тетя, мамина сестра. Мать Оли и ее тетя - урожденные Богословские. Дмитрий Богословский, их брат, живущий в Москве, упомянутый ранее, был художником-реставратором. Оля смотрела на родственников радостными, искрящимися глазами, а Николай в этот момент думал: "Вот эти люди будут и мои родными. Как говорили наши рязанские бабы из Троицкой слободы, где я рос, придусь ли ко двору - не знаю. Жизнь покажет". Отец Оли издали показался Николаю молодым и стройным, несмотря на совершенно белую, седую голову, седые усы и бороду. Глаза светлые, серо-голубые, лицо загорелое, обветренное степным ветром, чем-то напоминавшее внешность Петра Ильича Чайковского. Он увидел в ее отце знакомые черты Оли - так они были похожи.

Отец ласкового обнял их и поцеловал. "Живите дружно, любите друг друга, никогда не ссорьтесь и будьте счастливы!" - сказал он. По существу это было родительским благословением. Потом их расцеловала мама Антонина Федоровна: "Берегите друг друга!" - и по-матерински перекрестила. Радостно и приветливо встретила их тетя Соня: "Мы вас просто заждались. Приготовили вам самую светлую комнату, как светлое начало вашей жизни. Пойдемте, покажу!" Тетя Соня взяла их за руки и повела в предназначенную им комнату. Из воспоминаний Николая Степановича: "Окна были открыты настежь. Светило яркое солнце, и такое, какое бывает только на Украине. Все было ослепительно ярко и светло: и белая скатерть, и летние белые одеяла на кроватях, и белые салфетки на маленьких тумбочках. И всюду цветы, цветы, цветы..." У него было радостно на душе, что есть на свете любящие их люди, готовые всегда им помочь. Не пройдет и двух дней, как они получат пропуска на завод. Это было для них событием необычайно важным.

И вот, наконец, они на заводе. Целыми днями они пропадали там, слушая разъяснения специалистов и делая записи и зарисовки. Вечерами они слушали, как Константин Дмитриевич играл на скрипке Брамса, Листа, Шопена. Иногда играла на пианино тетя Соня, которая была профессиональным музыкантом. Эти теплые, душевные, незабываемые вечера, во время которых можно было отдохнуть от московской суеты, потом надолго остались у них в памяти.

Романтика труда все больше увлекала их. Они сделали около сотни рисунков. Теперь уже мысленно вырисовывался какой-то контур книги и ее художественное и композиционное решение. Книгу надо было сделать так, чтобы сложный технологический процесс превращения свеклы в сахар увел детей в какой-то интересный, увлекательный, романтический, но реальный мир. Это была нелегкая задача. Трудно было принять решение, в каком стиле делать книгу. Кубизм, абстракционизма, реализм?.. Как оформить ее графически или живописно?

Возможностей было очень много, и они выбрали реалистическое направление. На этой стадии их творческий процесс работы над книжкой закончился. Сделано было много. Кроме рисунков, зарисовок, набросков, им удалось написать еще ряд портретов и выполнить несколько интересных работ, часть которых была впоследствии приобретена различными музеями.

Их беззаботная жизнь среди родных подходила к концу. Наде было покидать родительское гнездышко, возвращаться в Москву, к самостоятельной жизни, полной забот и хлопот. С одной стороны, было очень жаль расставаться с такой гостеприимной и интересной семьей; с другой - их ждала творческая, полная неожиданностей и любви жизнь.

Итак, позади Знаменка и сахарный завод, впереди - Москва. Настроение было радостное, даже восторженное, особенно у Николая. Впервые он возвращался в Москву, к себе домой, в свою обитель (пусть маленькую, но свою) со свое прекрасной половиной.