Читаем Николай Чудотворец полностью

В 1953 году ученый из Университета итальянского города Бари — Луиджи Мартино — начал исследования мощей святителя Николая (подробнее об этом в главе данной книги о мощах святителя). Для этого он получил даже одобрение из Ватикана. Им использовались рентген и многие другие методы, доступные тогда исследователям. Кроме разных заключений о состоянии здоровья святителя, напоминающих о том, что он провел некоторые годы в заключении в тюрьме, была совершена попытка восстановления лица. Его даже «изваяли» позднее в цвете в объемном варианте, именуемом 3D. Именно эта реконструкция породила мнение о смуглости лица святителя и его коже с оттенком темной «оливы». Хотя мы видим в итоге одухотворенное лицо. Квадратный подбородок, вероятно сломанный при тюремных пытках и допросах нос, поврежденные кости между глаз… И снова — ничего о возможном происхождении…

Однако что-то можно прояснить, прочитав слова профессора Луиджи Мартино: «По строению черепа и скелета святитель принадлежал к белой европеоидной средиземноморской расе, для которой характерны средневысокий рост и смуглая кожа; с высоким лбом, с носом, стремящимся к орлиному, скелетом средней крепости». И хотя рост святителя Николая был небольшой, всего 167 сантиметров, можно весьма аргументированно предположить, что он был действительно — грек или ликиец.

Одна из исследовательниц, антрополог Кэролайн Уилкинсон, в 2005 году представила реконструкцию образа святителя Николая чуть ли не в виде африканца с широким, чуть сплюснутым носом.

Другие рисунки лица, сделанные антропологами, в еще большей степени повлияли на определение происхождения святителя. По этим очертаниям — он вообще похож скорее на азиата, а не на грека, латинянина или ликийца. Будучи гражданином своей страны — одной из провинций Римской империи, он мог быть кем угодно. Но при этом оставался римским перегрином, которые населяли колонии и провинции той же империи, обладая или не обладая собственным самоуправлением. Перегрины были люди лично свободные, правда, не имеющие римского гражданства, обитатели покоренных Римом областей. Но это был скорее статус, а не национальность или намек на происхождение.

Что ж, можно ли верить антропологам? Вопрос этот мы задаем не для того, чтобы умалить важность данной профессии. Скорее, для того, чтобы осознать — до какой степени опыт восстановления лица в современной науке еще не совершенен. Мы не можем принимать как аксиому утверждение тех, кто проводил экспертизу и реконструкцию облика святого. Не будем спешить с выводами. Время всё расставит на свои места.

Итак, можно считать, что святитель Николай по рождению был греком. А если не греком, то ликийцем. А как выглядели ликийцы? Об этом можно судить по редким изваяниям в местах скопления ликийских гробниц, которых в окрестностях городов Патара или Миры сохранилось несметное количество. Цвета лиц мы на них не видим. А характер и основные черты — весьма различимы. Близок к результатам исследования антропологов вариант, когда мы видим (например, на иконах) изображение смуглого (пусть и от жары) старца, с небольшой бородой, заметным лбом, глубоко посаженными глазами и легкими азиатскими чертами, напоминающими о ликийском мире — своеобразном территориальном центре предазиатских земель.

Отрок Николай рос быстро. Уходом за ним, воспитанием и образованием благочестивые родители занимались постоянно, ежедневно и даже ежечасно. Разные Жития святого рассказывают об этом немного по-разному. Приведем лишь некоторые отрывки из них.

В одном из них, именуемом «Житие и деяния святого отца нашего Николы, архиепископа Мирского, заступника рода христианского», известном, по мнению ученых, в русском мире с XV столетия, ныне в науке называемом «Иным Житием» (так как оно может иметь отношение к другим епископам Николаям), мы читаем: «Когда дитя было 7-ми лет, волею Божиею его вознамерились отдать в научение грамоте. По действию же Духа Святого, так как учитель его был неискусен, отрок Николай указывал ему имена, как писать при каждом слоге».

На этом тексте основан и отрывок из Великих Миней Четиих, составленных митрополитом Макарием (XVI век), где упоминается уже известная тогда история, связанная с тем, что отрок Николай сам назвал своим родителям имя своего будущего учителя. «И бывшее детищу 7 лет, восхотеша родителя его Божиим повелением дати учити книгам. Отцу же его тужащу, коему учителю дати, детище же Никола, Святого Духа благость имый, своему учителю имя назнамена». Причем, по Макарию, мы видим, что одного образования ума было для отрока мало. Уже в это время случаются с ним ситуации, когда ребенок помогал чудесным образом окружающим людям, при этом продолжая труды по изучению Писания. Об этом повествуют многие Жития святителя. Суть одного из случаев изложена митрополитом Макарием так: «Идущю же ему со слугами на учение книжное, срете их жена из веси, имя ей Нона, имуще у себе суху руку…» Далее следует рассказ об исцелении будущим святителем «сухорукой» женщины.