Крюк стоял там, неподвижный, неспособный двигаться, неспособный дышать, смотря на нее. Ее тело было гладким, изогнутым и опьяняющим. Он не мог отвести взгляд. Затем Тигровая Лилия прижалась к нему и поцеловала. Он потерял всякую возможность ясно мыслить. В его сознании не было ничего, кроме ее гладкого тела и ощущений на кончиках пальцев от прикосновения к ней. Он положил ее на кровать, полностью доступный для нее, позволил своей руке и крюку мягко скользить по каждой частичке ее тела. Он опустил лицо и целовал ее в шею до самого подбородка, остановившись возле уха.

- Тигровая Лилия, - шептал он, едва способный в этот момент выговаривать слова. - Я люблю тебя.

Он ждал, жар ее кожи, дыхание, уловимое им, испуганный от того, что не услышал бы ее ответа. Затем тихий голос, что он едва мог расслышать, произнес:

- Я люблю тебя, Джеймс Крюк.

Ее тело таяло рядом с ним, поддавшись ему, и он полностью отдался ей. Он был полностью поглощен ею, восхищен ее вкусом, ее красотой. И когда она издала тихий звук боли, он прижался губами к ее уху и нежно целовал, пока она не расслабилась и они не стали единым целым.

После, Крюк лежал рядом с ней в темноте, поглаживая ее пальцами по спине, с трудом веря, что девушка, которую он полюбил впервые, лежит рядом с ним, телом касается его, и спокойно дышит во сне. Он мельком подумал, что если он завтра проснется, и все это окажется сном. Это ведь невозможно здесь, не так ли? Впервые он был благодарен за это. Он улыбался, мысли неясно кружились одна за другой.

Было сложно ясно мыслить в ее присутствии, особенно таком близком, даже если она и спит. Этой ночью он лежал, усталый и умиротворенный, нежно поглаживая ее кожу и понял, что на этом острове ему больше ничего не нужно. Ничего, кроме нее.

Мысль о том, как он перерезает горло Питера, уже не казалась такой волнующей, не с Тигровой Лилией, желающей быть с ним. Казалось, всю свою жизнь он искал хлебные крошки, отчаянно нуждался в них, но перед ним лежал поднос с выпечкой, фруктами и хорошим вином. Существовал ли тот, кто в данном случае, в здравом уме хотел бы хлебных крошек?

Может, не стоит рисковать убивать Пэна. Может, если Тигровая Лилия любит его, то Пэна можно оставить в покое. Может, он сможет противостоять всей Нетландии, если эта девушка согласилась быть с ним.

- Тигровая Лилия, - прошептал он.

На этом моменте ее дыхание чуть задержалось.

- Тигровая Лилия, - повторил он, убирая крюком ее волосы, цвета вороньего крыла, с ее спины.

- Ммм? - протянула она сонно.

- Давай убежим.

В изнеможении Тигровая Лилия пробормотала.

- Только не сегодня, Джеймс. Уже поздно.

- Нет, я не имею в виду сейчас. А вообще. Давай убежим.

Тигровая Лилия помолчала немного, затем развернулась лицом к нему. Крюк постарался проигнорировать ощущение, когда ее тело при движении коснулось его.

- Что ты сказал?

- Я попросил тебя уйти со мной.

Она провела рукой по его телу, поправила его длинные волосы, что были уже ниже плеч.

- Что ты имеешь в виду под «уйти с тобой»?

Он поцеловал ее в щеку.

- Я имею в виду, покинуть все это.

- Это невозможно.

- Я знаю, что мы не можем покинуть Нетландию. Я это знаю. Но мы можем оставить это все позади, уйти куда-нибудь, где нет Питера, крокодила, твоего отца, ставящего преграды твоим поклонникам. - Улыбаясь, он коснулся губами ее шеи.

- Куда? В пустыню?

- Да. Вполне возможно. Или другую часть острова, которую мы никогда не видели. Или высадится на малюсенький остров, куда я еще не заплывал до сего дня.

Она нахмурилась.

- Пустошь Нетландии - это место кошмаров. Ты пожалеешь об этом в тот же миг, когда ступишь на ее землю.

- Только не тогда, когда ты будешь со мной. И нам не обязательно туда идти. Мы просто уплывем. - Не в силах удержаться от ее губ, он поцеловал ее.

Она улыбнулась и провела пальцами по его груди.

- Ты же пират. Разве ты позволишь мне остаться на борту Испанского Мэйна?

- Если пожелаешь.

- Я не пират, Джеймс.

- Тогда я покину его, - ответил он, пожав плечами

- Покинешь? - фыркнула она. - Ты капитан Джеймс Крюк, самый жестокий пират океана. И ты бросишь все ради женщины? С трудом верится.

Он приложил ладонь к ее лицу, заглянул в глаза, и с искренностью ответил.

- Я не лгу, Тигровая Лилия.

Она закрыла глаза и улыбнулась, когда он провел большим пальцем по ее щеке.

- А как же Питер?

Палец Джеймса замер.

- А что Питер? - голос тут же огрубел.

- Сможешь ли ты бросить свои попытки отомстить мальчишке? Удастся ли тебе забыть о нем?

Он расслабился и, задумчиво, посмотрел в окно.

- Да. Я потерял покой с тех пор, как стал взрослым. Сейчас я ощутил его с тобой и никакая жажда крови не сможет у меня его отобрать. Я забуду о нем.

Тигровая Лилия закусила губу.

- Ты не соображаешь, о чем говоришь. «Покончу с пиратством, брошу корабль, забуду твоего Пэна». Это сонный бред.

- Вовсе нет.

- Поговорим об этом утром, когда женщина, что рядом с тобой, не будет голой, и твой разум вернется к тебе.

Она отвернулась, а Крюк лишь усмехнулся. Его сердце спокойно билось возле ее спины, и он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Обняв ее и поцеловав в шею, он уснул.

Глава 30