Читаем Незримый мост полностью

— Послушай-ка, старина, — урезонил его Рычин, — будем искать не противоречия, а подтверждения нашему допущению. В упомянутых воспоминаниях некой Эвы далее говорится: «Раздался крик пяти девушек» — значит, девицы завизжали одновременно, иначе Старовайте с ее обстоятельностью обязательно указала бы, что закричала сначала одна, затем другая, и т. д.

— Что ты меня уговариваешь? — пожал плечами Кончанский. Я-то тебе верю. Это Совет — тот не поверит. В Совете нашего брата дилетанта-энтузиаста — раз-два и обчелся. Там сплошь маститые. Они верят только электронным мозгам.

— Ну, то, что предоставим Совету мы, будет весьма убедительно, хотя это данные и не из информаториев.

— Ну, а какие данные мы получили сегодня? Показания свидетелей обычного пищевого отравления, да еще столетней давности.

— Заметьте — ОДНОВРЕМЕННОГО отравления, — вставил Ота.

— И учти, — Рычин поднял палец, — из всех посетителей «Лесной лилии» эти пятеро, с точки зрения десмодов, были самыми лакомыми — участники симпозиума по дезактивации искусственных спутников, когда-то использованных для захоронения ядерных отходов. По уровню интеллекта пострадавших запасы той неведомой субстанции, которой питаются десмоды, у этой пятерки были максимальными. Ведь не тронули же они девушек.

— Но-но, — сказал Ота, — это еще ничего не доказывает. Может, среди девушек тоже были интеллектуалки.

— Ну, не будем спорить о вкусах десмодов, — вмешался Магавира. — Сейчас я сделаю несколько снимков — и летим обратно.

— То есть как это — обратно? — всполошился Альгимантас, видя, что друзья уже направились к шаткой лесенке, ведущей вниз. — А все то, что свалилось на этот несчастный уголок в следующие годы, — это вас не интересует?

— Но Зарасайский информаторий не дал нам больше сведений об одновременных поражениях…

— Зато неодновременных с тех пор здесь было навалом — недаром озеро заслужило название «проклятого». Прежде всего повар той же «Лесной лилии». Спустя полгода после несчастья с пятью радиологами этот молодой здоровый мужик плеснул себе на ногу горячим супом, от боли упал и умер — разрыв сердца.

— А почему — нет? Болевой шок… — усомнился Кончанский.

— Может быть, в других краях и есть такие неженки, но только не у нас. Но вот еще через несколько месяцев органист местного концертного зала, что расположился в бывшем костеле, зарулил с шоссе сюда, на небольшую стоянку где-то возле кафе — мы могли бы ее найти, если бы расчистили опушку от кустов. Так вот, очевидцы рассказывали, что водитель спокойно держался за руль, сидел прямо, смотрел вперед — а машина тем временем мчалась по прямой, пока не врезалась в сосну и не загорелась.

— Смерть от ожогов, — подсказал Магавира.

— Надо ж было объяснить и этот факт! Но вот теннисистка из Тарту — ее нашли в камышах, в лодке. Опять же никаких следов, и тут уже объяснение выходит за рамки правдоподобия — смерть от жажды. Это на озере-то!

— Солнечный удар, — парировал Кончанский.

— Да, конечно. В сентябре. Но если у вас не вызывает подозрений тот факт, что на крошечном пятачке от озера до шоссе — заметьте, не дальше! — за несколько лет произошло около полутора десятков трагедий — и все с одинаковым исходом, то местные жители оказались рассудительнее. Окрестности «Лесной лилии», которую больше никто не посещал, объявили заповедником…

— Минутку! — прервал его Рычин. — У меня мелькнула занятная мысль. Допустим, все последующие трагедии — тоже проделки десмодов. Но альфиане утверждают, что чудовища не нападают последовательно, значит… значит, мы здесь имеем дело либо не с десмодами, либо с десмодами переродившимися, изменившимися принципиально!

— Да, да, — загорелся Кончанский, — у меня тоже такое подозрение. После нападения на людей пятерка чудовищ потеряла способность передвигаться — и не только вернуться в свое логово, но даже здесь переползти за черту шоссе. Это раз. Во-вторых, они потеряли связь между собой и перестали нападать организованно. Затем, нападения на повара, спортсменку — это наводит на мысль, что они утратили и избирательность лопают что попало. И, судя по всему, в конце концов просто вымирают, потеряв все свои сверхъестественные качества.

— То есть всемогущими их делал интеллект альфиан, а пси-субстанция нас, грешных, приводит их к деградации?

— Вот именно! И это — главное доказательство тому, что десмоды МОГУТ напасть на человека, но не делают этого до тех пор, пока у них не остается другого выхода. Голод не тетка…

— Ну, у нас тоже маловато времени, чтобы найти выход, заметил Рычин. — Я сейчас — в Совет, а Кончанский с Альгимантасом — в информаторий. Чтобы к утру были копии воспоминаний Алдоны и Эвы Старовайте и все акты, касающиеся гибели людей близ «Лилии». И не забывайте, что послезавтра альфиане будут у нас…

* * *