Читаем НЕЗНАКОМКА (СИ) полностью

— Как ты смеешь заявляться сюда после всего, что сделала? — шипит он, чуть сильнее сжимая мои плечи.

— Мне нужно тебе все объяснить. Выслушай меня, Эрик. Прошу тебя.

Наверное, в какой-то момент, он почувствовал страх, который волнами исходит от меня. Он ослабляет хватку, но затем сильно хватает за локоть.

— Садись! — Толкает меня на диван с такой силой, что ноги сами бегут вперед, и я буквально падаю на мягкую поверхность. Локоть болит, и кажется, завтра там точно появится синяк.

Наблюдаю, как Эрик проходит к своему столу, но сама сижу неподвижно. Сердце…оно бьется так сильно, что в висках гудит от громкости ударов.

— У меня только один вопрос, — говорит он чуть спокойнее, но его голос по-прежнему окутан холодом. — Что Катрин тебе пообещала? А?

Господи, я не могу связать и двух слов.

— Она…она…

— Отвечай! — рявкает Хант, и я опускаю голову, чтобы не видеть этот взгляд, от которого мне еще хуже. — Ты же ведь будущий журналист. Тебе должно быть все известно!

Глядя на трясущиеся пальцы, которыми я нервно тереблю край пальто, пытаюсь собраться с мыслями. Как бы я хотела все вернуть назад, когда все можно было изменить.

— Она обещала, что возьмет меня на работу в редакцию, как только я закончу учебу в университете.

— Что? — Слышу его голос, полный недоумения. — Место в редакции? В этой помойке? Неужели, это и есть предел твоих мечтаний, Грейс?

Я не знаю, что ему сказать. Да, я безумно хотела работать в этом проклятом журнале. Да, я сделала много ужасных вещей, но что я могу изменить теперь? Единственное, чего я сейчас так сильно желаю — чтобы этот кошмар, наконец, закончился.

— Я думал, ты умнее. А оказалось, — он вздыхает, махнув рукой.

В кабинете становится тихо. Ни единого шороха. Осторожно поднимаю голову и украдкой смотрю на Эрика, который не сводит с меня глаз. Он тоже смотрит. Только с сожалением. Ему меня жаль. Он разочарован. От этого становится еще больнее.

— Прости меня, — тихо говорю ему дрожащим голосом. — Прости, если сможешь.

— Неужели ты считаешь, что после этого я так просто тебе поверю? — Замечаю, как он крепче сжимает край стола. Как напрягаются костяшки пальцев на его руках. — Каждое твое слово было ложью.

Его голос удивительно спокоен, но он все равно вселяет в меня страх. Это холодное, ледяное спокойствие не предвещает ничего хорошего.

— Эрик, я сожалею об этом, — снова говорю ему, почти не надеясь, что мои слова смогут достучаться до его разума. — Мне…

— Ты хоть знаешь, что я могу сделать с твоей карьерой после этого? — Всей кожей чувствую его злость, направленную на меня. — Ты же ведь шла на все это ради блестящей карьеры? Славы? Да? Я прав?

— Эрик, не надо…

— Отвечай, когда я задаю тебе вопрос! — повышает он голос.

Взглянув ему в глаза, пытаюсь зацепиться за что-то родное, что я видела в нем в последнее время. Пытаюсь отыскать тот свет, то самое тепло, от которого в моей душе все трепетало. Сейчас я вижу лишь пустоту. Там ничего. Там холодно, там нет того Эрика, который мне так дорог. Там нет Эрика, которого я люблю.

— Я всегда мечтала получить работу в этом журнале. Не знаю, было это везением или нет, но мне выпал шанс пройти стажировку в редакции «Стар». Ты не представляешь, как я была счастлива. Такая возможность! Я считала дни до вылета в Вашингтон. У меня были грандиозные планы. Еще тогда я верила, что это изменит мою жизнь к лучшему. Но если бы я знала, к чему приведет вся эта история…

— Ты поступила бы точно так же, — договаривает он за меня с презрением. — Такие, как ты, не меняются. Теперь я в этом уверен.

— Нет, Эрик, — почувствовав, как по телу вновь пробежала дрожь, пытаюсь контролировать эмоции, но с каждой минутой, с каждым произнесенным словом, становится сложнее. — Все мы делаем ошибки. Я признаю свою вину и раскаиваюсь в том, что держала тебя в неведении. Если бы ты все знал, то я…

— А я знал, — резко заявляет он, и от неожиданности я теряю мысль, забываю, о чем хотела сказать.

Мне послышалось?

Смотрю на него с полным непониманием. В отличие от меня Эрик абсолютно уверен в себе. И в своих словах.

— Что ты сказал? — Не верю собственным ушам. Наверное, это все стресс и усталость.

— Я знал о тебе все с самого начала. — Он скрещивает руки на груди, пока я все еще пытаюсь осознать новую для себя информацию. — Неужели ты наивно полагала, что я так просто подпущу тебя к себе. Думаешь, ты единственная, кто пытался влезть своими грязными ручонками в мою жизнь?

— О, Боже…

— Я говорил тебе, что не верю в случайности, — вижу, как он включает проектор. Это еще зачем? — А та «случайная авария», когда ты бросилась под колеса машины…

— Она была случайна, клянусь тебе, — говорю ему, но он не слушает.

— Помнишь, ты забыла телефон в машине? Вот тогда я все о тебе и узнал. Кто ты, где учишься, где проходишь стажировку и где живешь. Я всегда проверяю людей, которые так «случайно» пытаются ворваться в мою жизнь. Я знал о тебе все. Абсолютно. И как видишь, оказался прав.

— Тогда зачем ты продолжал, если все знал? Ты...ты спал с Кэсси, ты спал со мной. Зачем?