Читаем Незапертая дверь полностью

Проспав три иди четыре часа, Виктор проснулся. Юля мирно спала рядом, она лежала в той же позе, в которой уснула. Июньское небо уже совсем светлое, хотя еще только половина пятого утра. Снова нахлынула смешанная с недоумением обида: его использовали как бездушную бессловесную вещь. Но уже в следующее мгновение пришла другая мысль. Девушка, которая не задает вопросов. Девушка, с которой не нужно разговаривать о разных умных вещах и строить из себя начитанного и образованного. Девушка, которая не интересуется его работой, его друзьями, его прошлым. Девушка, готовая на близость и при этом не стремящаяся представить его своим родителям в качестве жениха. Девушка при одном взгляде на которую у него сладко замирает все внутри и мысли приобретают совершенно определенное направление. Может быть, это как раз то, что ему сейчас нужно? Хотя бы для начала. Пусть эта Юля станет первым кирпичиком сначала в его новой жизни, а потом в его новом "прошлом".

В том, что темноволосая Юля рано или поздно станет его "прошлым", Виктор ни минуты не сомневался.

- И все-таки, ребята, вы поступили неприлично, - в десятый, наверное, раз обиженно произнесла Настя. - Ну как это так? Я не понимаю. Ведь вопрос с Сережиным переводом на Петровку решался как минимум месяц. Целый месяц! И за все это время ни Коротков, паршивец, ни ты, Сережа, ни словом не обмолвились. Я вам кто?

- Ты мне лучший друг, Настюха, - сыто проурчал Коротков, отработанно-вороватым жестом утаскивая со стоящей в центре стола тарелки предпоследнюю креветку в кля-ре. - Я хотел тебе сделать сюрприз от всего моего заскорузлого сыщицкого сердца. Права не имеешь на меня дуться.

- А я вообще шестерка в этом деле, - подал голос Сергей Зарубин. - Мне велели молчать, чтоб не сглазить и начальство не рассердить, - я и молчал. Ты, Пална, бочку на нас не кати, мы хорошие. Белые и пушистые, как ангорские кролики.

Все трое оказались зверски голодными, поэтому еда, принесенная из китайского ресторана, закончилась куда быстрее, чем темы для тостов.

- Ну, давайте еще по одной за благополучное раскрытие убийства в Сокольниках, - предложил Юра, разливая водку по маленьким стопочкам себе и Зарубину, а хозяйке наливая мартини.

- Закусывать нечем, - заметила Настя, - все уничтожили подчистую. Одна несчастная креветка на всех осталась.

- А мы так, - Сергей бодро поднял рюмку, - по-проcтецки, без закуси. Тебе, Пална, закуска вообще не нужна, ты сладкое пьешь, а мы с Юркой поделимся последним кусочком. Ну, поехали.

Чокнулись, выпили. Настя быстро убрала посуду в мойку, протерла стол и выразительно посмотрела на коллег.

- Все, мальчики, праздник закончился, начинаются мерзкие будни. Сережа, принеси, будь добр, из комнаты мой блокнот, большой такой, в коричневой папке. На диване лежит.

Зарубин скрылся в комнате и отчего-то не возвращался на кухню подозрительно долго.

- Эй, - крикнул Коротков, - ты там заснул, что ли?

- Не, я не заснул, я думал, - объявил Зарубин, возникнув на пороге с коричневой папкой под мышкой. - Думал и анализировал.

- Скажите, пожалуйста, - ехидно протянул Юра. - Анализатор нашелся. Ну и чего ты там наанализировал после пяти рюмок?

- Да так, разного всякого, - уклончиво ответил Сережа. - Вот, например, свитер какой-то на стуле висит, для Палны слишком большой, а для ее профессора слишком дешевый. Размер пятьдесят четыре, рост четыре, производство фирмы "Бабкин самовяз", стоит рублей семьсот максимум, если в магазине покупать, а если на вещевом рынке - то и за пятьсот отдадут. Чей бы это, а?

Настя прыснула и отвернулась, делая вид, что сосредоточенно моет посуду.

- Еще чего видел? - строго вопросил Юра.

- Долго перечислять. В общей картине получается присутствие постороннего мужчины, который здесь ночует, пока профессор в заграницах науку освещает. Ты что, Пална, решила пятый десяток расцветом личной жизни встретить?

- Это не она, Серега, это я решил личной жизнью заняться, - признался Коротков. - От жены ушел, а жить пока негде. Вот Аська приютила на время. Только ты на работе не трепись, ладно? Все-таки начальник и подчиненная... Не так поймут, языками чесать будут.

- У-у-у, как все далеко зашло, -покачал головой Зарубин, усаживаясь за стол. - Ладно, не буду о грустном. Давайте, граждане новые сотрудники, вводите меня в курс. Где убили, кого убили, зачем убили. Хотелось бы еще услышать кто убил.

- Оптимист, - рассмеялась Настя. Она заняла свое место за столом, раскрыла блокнот с записями, положила рядом карту-схему парка "Сокольники".