Читаем Незаменимый вор полностью

– Так вы направляетесь в Город Джиннов... – зачарованно повторила Вайле. – Хорошо! Я сейчас же расскажу о вас Ктору, верховному жрецу Ассуры...

– Не нужно, девочка, я все слышал, – раздался вдруг тихий голос, от которого, однако, вздрогнули все, кто был в храме.

Посреди зала стоял высокий человек в черном одеянии, с резкими, суровыми, как скалы Аренжуна, чертами лица. Черны были его глаза, будто вовсе лишенные зрачка, черным кантом обрамляла лицо борода с редкими проблесками седины. Никто не заметил, откуда появился верховный жрец, и как он оказался прямо перед носилками Адилхана.

Едва взглянув на рану падишаха, Ктор поднял руку и сказал:

– Теперь пусть все выйдут.

Заметив беспокойство в глазах Фарруха, он добавил:

– Ты можешь остаться, воин Хоросана... Вайле! Позаботься об остальных раненых и дай знать старшинам Аренжуна, чтобы приготовили помещения для гостей.

Видимо, в Аренжуне было не принято возражать этому человеку. Все горожане послушно направились к выходу. По знаку визиря за ними последовали и солдаты Адилхана. Когда в зале воцарилась тишина, Фаррух сказал:

– Надеюсь, в вашем городе есть хирург? Прежде всего нужно вынуть острие копья из груди повелителя...

– Поздно, – оборвал его жрец. – В целом мире не найти хирурга, способного вынуть острие копья Ассуры. Оно давно уже растворилось в жизненных соках тела...

Гнев закипел в душе визиря. Как смеет этот черный колдун, явный виновник злого недуга Адилхана, так бездушно обрекать падишаха на смерть?

Ктор тем временем снял с шеи плоский фиал на золотой цепи, с рубиновой жидкостью внутри. Несколько капель жидкости он влил Адилхану в рот. Раненый заметно шевельнулся, жадно облизал губы. Тогда жрец полил жидкостью запекшуюся рану на груди падишаха. Жидкость впиталась в кожу без остатка. Дыхание раненого выровнялось, румянец тронул иссиня-белое лицо. Казалось, Адилхан просто отдыхает после долгого, утомительного пути.

– К завтрашнему утру он поднимется, – сказал Ктор.

Фаррух чуть не подпрыгнул от радости. Он схватил жреца за руку. Рука была твердой и холодной, словно принадлежала одной из окружавших их статуй.

– Так он поправится? – радостно воскликнул визирь. – Ты обещаешь?

Ктор посмотрел на него ничего не выражающими глазами.

– Я не сказал – поправится, – медленно произнес он, – я сказал – поднимется...

* * *

Весь день и всю следующую ночь визирь не отходил от постели падишаха, устроенной в одном из помещений храма. Вайле три раза приносила ему еду, хотя, как постепенно догадался Фаррух, девушка не принадлежала к числу слуг Ассуры, а была дочерью какого-то весьма знатного горожанина.

Каждый раз, оставляя новые блюда взамен уносимых слугами и почти нетронутых визирем, Вайле на минуту задерживалась в комнате. Казалось, девушка хочет что-то спросить, может быть даже обратиться с просьбой к Фарруху, но смущение или запрет, наложенный Ктором, останавливали ее. Она расспрашивала лишь о состоянии раненого и уходила. При других обстоятельствах Фаррух и сам попытался бы задержать девушку хоть на миг. Красота ее поразила молодого визиря в самое сердце. Но смертельная опасность, угрожающая другу, заставляла его выбросить из головы все теснившиеся там слова восхищения и любви.

На следующее утро, как и предсказывал жрец Ассуры, Адилхан открыл глаза и приподнялся на ложе.

– Где я? – спросил он, с удивлением оглядывая резные своды и стены, украшенные фресками.

Визирь, обрадованный пробуждением падишаха, поспешил рассказать ему о событиях последних суток. Как раз в ту минуту, когда он заканчивал рассказ, в комнату вошел Ктор. Он учтиво поклонился падишаху и спросил его о самочувствии.

Адилхан ощупал свою рану.

– Боли нет, – сказал он, – осталась только легкая слабость. Трудно вздохнуть полной грудью. Но я уверен, что твое искусство поможет мне окончательно исцелиться.

Падишах встал с постели и сделал несколько шагов по комнате.

– Теперь я вижу, жрец, что ты умеешь готовить не только убивающие снадобья. Когда-нибудь я найду способ отблагодарить тебя! – он криво усмехнулся. – Теперь же я хотел бы знать, как далеко отсюда находится Город Джиннов.

– Это зависит от того, какой ответ желает получить великий падишах, – Ктор тоже усмехнулся весьма двусмысленно. – Говоря коротко, Город Джиннов находится совсем рядом, если идти прямо на восток. Но добраться до него по прямой невозможно. Горы, стоящие на пути к Городу, неприступны... если только могущественный падишах не умеет летать.

– Да говори толком! – рассердился Адилхан. – Как туда попасть?

– Есть обходной путь, – продолжал жрец, словно не замечая гнева падишаха. – Длинный и опасный, но проходимый. Он идет вокруг горных хребтов Каука и Эль-Бур, кольцом опоясывающих Город Джиннов. В юго-западной части Эль-Бура находится вход в целый лабиринт ущелий и долин, приводящих прямо на плоскогорье в центре горного кольца. Плоскогорье называется Крышей Судьбы. На нем-то и стоит Город Джиннов... Впервые этим путем прошел легендарный Конан-разрушитель.

– Как?! – удивился Адилхан. – Тот самый варвар? Но ведь это же миф!