Читаем New World, Inc. полностью

Флот Фробишера прошел вдоль восточного побережья Англии и достиг Шетландских островов через две недели после выхода из Гринвича. Там, в ста пятидесяти милях от северо-восточного побережья Шотландии, они остановились "на один прилив, чтобы освежить воду" и устранить течь в "Майкле". Кроме того, Фробишер нашел время, чтобы написать письмо человеку, который так лихорадочно обучал его за несколько недель до отплытия, Джону Ди. Он с благодарностью отозвался о "дружеских наставлениях Ди, которые мы используем , вспоминая вас и считая себя связанными с вами как ваши бедные ученики, не способные быть учеными". Это было скромное признание для опытного мореплавателя, который успешно плавал вдоль африканского побережья и по узким морям. Но, отплыв от берегов Шотландии, он понял, что ему нужна любая помощь. Он не был первым европейцем, отправившимся на запад через Северную Атлантику. Но он вполне мог им быть. Хотя воины-викинги впервые пересекли океан на веслах пятьсот лет назад, основав колонии в Гренландии и Ньюфаундленде, которые они назвали Винланд, они не оставили подробных карт своих путешествий.

В середине июля, после двухнедельного плавания на запад от Шетландских островов, на горизонте показалась зазубренная, сверкающая масса. "Мы увидели землю Фрисландии", - записал в своем вахтенном журнале Кристофер Холл. Она возвышалась "как шпили, и вся была покрыта снегом". Фробишер приказал подготовить десантное судно и с четырьмя людьми "греб к берегу, чтобы высадиться на сушу, но земля была покрыта льдом, и они не смогли высадиться, поэтому снова поднялись на борт".

Это было сокрушительное разочарование. Всего через месяц плавания Фробишер считал, что нашел остров Фрисландия, который был изображен на картах Меркатора и Ортелиуса. Это было бы фантастическим приобретением для Англии, если бы только он смог добраться до берега, чтобы заявить об этом. Однако, как оказалось, Фрисландия была не более чем плодом воображения венецианского картографа. Даже самые великие картографы, когда речь заходила о северной Атлантике, полагались на богатую смесь слухов, сомнительной гидрографии и картографических догадок. Но Николо Дзено не был великим картографом. Он был мошенником. Карта, которую он опубликовал в 1558 году и на которой была изображена группа островов, открытых, по его утверждению, его предками, Николо и Антонио Дзено, в 1390-х годах, была мистификацией. Она была призвана обеспечить Венеции право на всю Северную Америку - точно так же, как Англия претендовала на Ньюфаундленд, основываясь на путешествии Джона Кабота в 1497 году. Это, безусловно, обмануло величайших картографов того времени. Хотя он так и не понял , что на самом деле Фробишер увидел южную оконечность Гренландии, которая была заселена арктическими народами на протяжении тысячелетий.

Флот отправился в путь и вскоре столкнулся с сильной непогодой. Во время шторма корабли флота стали отдаляться друг от друга. Самое маленькое судно, пиннас, с четырьмя членами экипажа, было "поглощено" морем и опустилось на дно ледяных вод. Один из двух барков, "Майкл", прошел через шторм, по-видимому, невредимым. Мэтью Киндерсли, капитан корабля и один из восемнадцати инвесторов, обратился к своим "морякам и товарищам" за советом о том, как лучше поступить. Казалось, что они единственные выжившие, поэтому люди Киндерсли, опасаясь за свою жизнь, потребовали, чтобы они повернули обратно в Англию. Он удовлетворил их пожелания, и Майкл вернулся домой, достигнув Лондона в начале сентября. Локу сообщили, что Фробишер и флагманский корабль "отброшены". Эта новость, должно быть, стала для него катастрофой. После стольких затрат и усилий он оказался перед перспективой потерять значительную часть своего состояния и ничего не добиться - ни пути в Катай, ни золота или серебра, ни даже торговли, подобной той, что велась в Московии.

Как выяснилось, флагманский корабль Фробишера на самом деле не затонул. Он прошел через шторм, хотя и сильно поврежденный: "экстремально плохая погода" оторвала верхнюю мачту и выкинула ее за борт. Но Фробишер не был Киндерсли, и, что бы ни думала его команда, он не собирался отказываться от своего стремления достичь единственного великого дела, которое еще "не сделано" в этом мире. Как сообщал Джордж Бест, Фробишер "твердо решил доказать существование Северо-Западного прохода", "а иначе никогда больше не возвращаться". Его слова перекликаются со словами Ричарда Ченслера, сказанными более чем двадцатью годами ранее.