Читаем New World, Inc. полностью

Ньюпорт привез доказательства коммерческой выгоды: две тонны сассафраса, который по-прежнему был востребованным товаром, и несколько досок - длинных тонких досок, вырезанных из дуба, сосны и ели и используемых для стен и крыш зданий. Кроме того, он представил образцы руды, которая, по его мнению, могла содержать следы золота. Но этот минерал не вызвал особой эйфории. Еще со времен неудачных экспедиций Фробишера инвесторы относились к заявлениям о золоте с долей скептицизма. На этот раз Сэр Уолтер Коуп написал Сесилу, объясняя, что если верить тому, что говорили им колонисты, то "мы попали на землю, которая обещает больше, чем земля обетованная". Вместо молока, писал Коуп, "мы находим жемчуг", а вместо меда - золото. Однако он предупреждал, что они должны учиться на опыте - "самой мудрой учительнице" - и быть "медлительными в вере". Осмотрительность Коупа вскоре оказалась вполне обоснованной, когда на следующий день совет получил результаты анализа руды. Как и предполагал Коуп, в ней не оказалось ни следов меди, ни тем более золота.

Тем не менее Сесил был достаточно воодушевлен, чтобы санкционировать миссию по пополнению запасов, и не хотел терять времени. Он был справедливо обеспокоен тем, что испанцы готовятся разрушить Джеймстаун, занять его земли и захватить все богатства, которые он мог предложить. В сентябре 1607 года Педро де Суньига, испанский посол, написал Филиппу III, предлагая "Вашему Величеству было бы очень желательно выкорчевать это вредное растение, пока оно так легко растет". Он предупреждал, что если ждать дольше, то "выкорчевать их будет сложнее".

Смайт взял на себя организацию миссии по пополнению запасов. Он не собирался повторять административные промахи Ралега, которые подорвали колонию Роанок. Он использовал свое влияние на пятьдесят лондонских купцов Ост-Индской компании, чтобы собрать капитал на эти цели, и к октябрю - всего через два месяца после прибытия Ньюпорта в Англию - два корабля, возглавляемые Ньюпортом, были готовы отплыть в Виргинию со 120 людьми и припасами для зарождающейся колонии. Мастерское управление Смайта настолько впечатлило его коллег по совету, что Коуп предложил Сесилу выразить "слова благодарности" за "заботу и усердие" купца.

Ньюпорт прибыл в Виргинию 2 января 1608 года - в то время как команда Чаллонов все еще находилась в Испании, а колония Попхэм переживала лютую холодную зиму. Но если он ожидал увидеть оживленную колонию, полную праздничного веселья, то был жестоко разочарован тем, что обнаружил. Колония находилась на грани краха. Предыдущим летом, пока он плыл в Англию с многообещающими новостями о Джеймстауне, колонисты пережили приступ "кровавого потока" - дизентерии. Заболело и умерло так много людей, что оставшиеся в живых "с трудом могли хоронить мертвых". Бартоломью Госнольд был одной из жертв того страшного времени.

По мере того как болезнь охватывала колонию, лидеры ссорились, и правительство распадалось. "После смерти капитана Госнольда, - писал Джордж Перси, - совет с трудом приходил к согласию", и он начал делиться на фракции. Три члена совета - Кендалл, Мартин и Рэтклифф - обвинили Уингфилда в том, что он запасает овсянку, говядину, яйца и aqua vitae для личного потребления, и вынудили его покинуть пост. Рэтклифф стал президентом и укрепил свое положение, арестовав Кендалла, которого он обвинил в том, что тот был испанским шпионом, и в итоге казнив его перед расстрелом.

Когда колонисты оказались в бедственном положении, а их лидеры - в замешательстве, на авансцену вышел противоречивый Джон Смит. В двадцать семь лет он был самым молодым из членов совета, но его молодость скрывала его огромный опыт. Смиренный по происхождению, он покинул Англию, чтобы заработать свое состояние. Вскоре после того, как ему исполнилось двадцать лет, он стал наемником в христианских войсках, воевавших против турок-османов в Восточной Европе. Именно во время этой кампании он достиг совершеннолетия, проявив такую храбрость, что ему был пожалован герб, а вместе с ним и статус джентльмена.

Ньюпорт недолюбливал самоуверенного Смита. Во время первого плавания в Джеймстаун резкая самоуверенность Смита настолько разозлила его коллег по совету, что он был обвинен в мятеже, прикован цепями в трюме корабля и едва избежал повешения. Но когда колония погрузилась в кризис, Смит, демонстрируя свои природные лидерские качества, начал выходить из форта и путешествовать вверх по реке Джеймс, чтобы торговать кукурузой с индейцами. В восточной Вирджинии проживало около тридцати племен группы Поухатан, в общей сложности около 14 000 индейцев. Они говорили на различных диалектах алгонкинского языка, контролировали землю, известную как Ценакоммака, которая охватывала около восьми тысяч квадратных миль, и жили в своеобразной конфедерации под властью Вахунсонакока, великого вождя, которого англичане знали как Поухатана.