А потом я сидел и рассказывал. Рассказывал о себе, о земле, о своей жизни, о работе, об моем увлечении фантастикой и о моем хобби. рассказал и о последней экспедиции, о найденной нами каменой плите, о странном сиянии над ней и о том как я очнулся уже на этой планете. Правда немного соврав, сказал, что очнулся в лесу, не далеко от своей стоянки. Немного помялся и рассказал, что нашел тело человека, в странных доспехах, с мечем и непонятным оружием. Сходил еще раз в палатку и принес доспехи и непонятный фен, а вместе с ним захватил и пояс с наручнем. Пока я ходил, Аль смог запустить мой ноутбук и теперь колдовал с планшетом, оставив фотоаппара на потом. Пока на ноуте загружалась операционка, все с интересом разглядывали все то, что я принес. Доспехи особого интереса не вызвали, как и странный пистолет, пояс покрутили и отложили в сторону, а вот наручнем почему-то заинтересовались особо. Но очень скоро и к нему потеряли интерес. Аль только сказал, что это титан, с перстроеной кристалической решеткой, дескать очень крепкая вещь, а чье производство он сказать не может, но вещь очень старая и возможно очень ценная, а что это и для чего, так надо выяснять у ученых и коллекционеров древностей. А потом я опять рассказывал, но уже и демонстрировал фотографии, отрывки фильмов, включал музыку. Закончили мы уже под утро, когда небо окрасилось встающим солнцем.

— Олег, а почему ты раньше все это не рассказал?

— А какой смысл, Аль? вы что можете помочь вернуться мне на Землю? Нет. В вашем содружестве знают о моей планете? Нет. Так какой смысл? Это только вызвало бы лишние, никому ненужные вопросы.

— На Землю мы тебя вернуть не можем, тут ты прав. А вот во всем остальном, заблуждаешься. О земле в Содружестве знают, и о землянах знают. Наш с Селаной отец, он был с Земли.

Три пары глаз уставились на Милу.

— И что вы на меня так уставились? Мы с Селаной никогда его не видели, он погиб в самом конце войны, где-то тут во Фронтире. А знаем мы о нем от матери, мы же с сестрой попали в приют позже всех, ты, Аль, это должен помнить.

— Да, я помню. Но ни ты ни Селана никогда об этом не говорили!

— А какое это имеет значение?

Что-то я ничего не пойму. Это, что получается, хотя все они и называют себя братом и сестрами, но они ими не являются? Приют? Так они все детдомовские?

— Ребята, а можно поподробнее, я вообще то считал, что вы все родственники?

— Нет, мы просто из одного приюта. Сейчас уже ни того приюта, ни даже той планеты уже нет. Наверное мы единственные выжившие, мы четверо. Шам и Аля прибились к нам совсем недавно, года два назад, они тоже сироты, вот мы их и пригрели, теперь они тоже наши брат и сестра и мы за них несем полную ответственность.

— А откуда у вас корабль, оборудование и вообще все это?

— Так я же тебе говорил, мы служили на Флоте, в разное время, но служили, ну и, по увольнению нам кое-что выплатили, вот мы и скинулись, купили древнюю развалюху, третьего поколения, подремонтировали ее, теперь вот летаем, где фрахт возьмем, на перевозку грузов, где мусорщиками подработаем, где по программе «Спасатель», в общем, крутимся понемногу.

— Мы за информацию об этой Базе потому так и ухватились, что это реальный шанс немного приподняться, если не корабль поновее взять, так хоть этот до ума довести. А корабль лучше, значит и фрахт дороже, а значит и кредов за работу больше, а нам вон, еще младшеньких поднимать, образование им давать, а это немалые траты. Ну да время еще есть, семь лет впереди. Да и благодаря тебе это уже и не проблема. Нам бы теперь все это как-то удержать, а то вырвут из рук, ладно если и их еще не оторвут. Аль, наверное, из-за этого тебя и подозревает, считает, что ты просто хочешь все с нашей помощью все отсюда вывезти, а нас кинуть. Он среди нас старший, вот и присматривает за нами, еще с приюта.

— Да ладно, вам. Все я уже понял, виноват, винюсь. Ты прости меня, Олег, просто все это так непривычно. В Содружестве за кред покалечить могут, а за два, так вообще… А тут, ты, подарки дорогущие и все такое. Девочки правы, надо было сначала с ними посоветоваться, они людей чувствуют, дар у них такой. Аграфы таких называют, Эспер. Прости меня.

— Да ладно, не дрейфь, прорвемся, мы еще эту Галактику на уши поставим!

— Ну точно, Землянин!

Зарождавшийся конфликт был полностью исчерпан и теперь мы сидели и просто хохотали. А что, почему не посмеяться, если на душе легко, настроение прекрасное, солнышко начинает пригревать и вообще, жизнь прекрасна!

4 глава

— Вы что творите, ироды! Вы картошку сажать собрались, или ищете артефакты древних?

— Что, что, капаем. Сам же сказал, что надо ручками, вот мы ручками и того, капаем.

— Не, сударыня, вы не капаете, вы как бульдозер гребете, а надо осторожненько, по миллиметру…