Читаем Невосполнимый ресурс полностью

Я достал чистый лист бумаги и записал в начало списка первое, что пришло в голову: соль. Сколько? Соль – невосполнимый ресурс. Солончаков в местности, на которую я прицелился, не предполагалось. Я впал в ступор. Можно прикинуть среднемесячное потребление с поправкой на засолки и заготовки. А на какой период? В горле встал комок. На самом деле вопрос звучал так: сколько нужно соли до конца жизни? И что-то совсем грустно мне сделалось от такой формулировки. Это что же? Я буду подъедать соль и видеть, сколько мне осталось? А если закончится, значит, пора? Оно же так и сработать может на подсознании.

Когда-то давно сатирик Задорнов написал рассказ про иностранного резидента, попавшего в Советский Союз, и, как следствие, в непростую жизненную ситуацию. Автор читал свой монолог с виниловой пластинки. Еще школьником я цитировал его без запинки с любого места. Там были такие слова: «выпив, я рассудил трезво». Проводя прямые параллели, я жахнул полстакана вискаря. А потом еще примерно столько же.

Скомканный лист полетел на пол, место его занял другой, с переосмысленным условием задачи. Сколько мне потребуется соли на… НЕОПРЕДЕЛЕННЫЙ СРОК? Пожевав кончик ручки, я написал ответ: «с запасом».

Чем больше деталей я продумывал, тем больше нюансов возникало.

Как разводить огонь? Зажигалки – закончатся. Придут в негодность терки, отсыреют спички. И, да, они тоже закончатся. Простейший вопрос превращался в проблему. Я закупил полтора десятка приспособлений типа «огниво» разных производителей, с кремнем и кресалом, столько же устройств «вечная спичка», несколько фирменных зажигалок и литра четыре заправочного горючего ко всему этому многообразию. И еще увеличительное стекло на всякий случай. Узнал, как добывать огонь трением с помощью лучка, сердцевины камыша и стальной проволоки, скаткой ваты с золой. Как высекать искру из камней, изготавливать трут из гриба трутовика.

Где я буду жить? Первое время в палатке, ладно. А потом, в морозы? Землянку или избушку строить? Какие инструменты для этого нужны? Список множился. Туристический топор у меня был. Таким хорошо валить деревья и колоть дрова. Я приобрел еще один, тесовый, для плотницких работ, с тонким острым клювом. Стамеску, молоток, брусок для заточки. Две ножовки: с продольным и поперечным резом. С сожалением отложил в сторону небольшую походную бензопилу: рано или поздно сломается, да и бензина не напасешься. Невосполнимый ресурс…

Я узнал, что стены можно рубить: «в лапу», «в охряпку», «в шип» или «в угол», что пригодится чертилка для подгона бревен. Что без петель проблематично устроить дверь, что потребуются еще гвозди и скобы. Что крышу можно крыть дранью или мхом, но лучше припасти отрез рубероида или хотя бы пленки на худой конец.

Обогрев жилища даже в теории превращался в большой вопрос. Взять с собой легкую буржуйку – не вариант, быстро прогорит. Из толстой стали или чугунную – не утащить, очень тяжелая и громоздкая. Можно сложить очаг и отапливаться по старинке, по-черному, но уж больно не хотелось. Все будет в копоти, стены, вещи. Дождь – не дождь, зима – не зима, придется выгребаться из дому и ждать пока прогреются камни. Оставалось одно – каким-то образом сложить печь на месте, при чем, печь с дымоотводной трубой. Я читал про изготовление кирпича из глины, формовку, обжиг. В принципе, ничего хитрого, все выполнимо. Оставалось миновать одно узкое место, а именно – найти поблизости месторождение этой самой глины. Что не вызывало сомнения, так это будущее изобилие дикого камня. Из него в тех краях впору сооружать не то, что печь, а трехэтажный особняк, при силах и желании. Если найти, правда, чем скреплять булыжники между собой. Имея достаточно времени, можно изготовить природный цемент из древесной золы и песка. Объем золы ограничен только здравым смыслом, нажигай сколько угодно, это восполнимый ресурс. Но при таком варианте узким моментом становилось время, очень многое предстояло сделать именно в первый сезон. Поэтому здесь я решил подстраховаться и бухнул к растущей груде вещей на полу мешок портландцемента.

Помню, Балабан тогда шарахнулся в сторону и посмотрел на меня со смесью ужаса и недоверия. Чем угодно поклясться могу, он понял все тогда. Я его подозвал и сказал серьезно: знаешь что, милый друг? Выбирай. Желаешь, я тебя друзьям пристрою, собачий корм и коврик в прихожей обеспечен. До пенсии будешь писанину во дворе нюхать. А коли горазд на прыжок веры, не обессудь. Ничего обещать не могу, пожалуй, только что только сдохнем вместе. Он оскорбленно боднул меня в колени лобастой своей головой, и больше мы к этому вопросу не возвращались.