Читаем Невидимая угроза полностью

Он объяснил ей, почему звонит, и Элла сразу же пригласила его в гости.

– Наверное, я не смогу тебе помочь, – легкомысленно сообщила она, открыв ему дверь через полчаса. – Но я так рада увидеть тебя вновь!

Она все еще жила в той же квартирке у парка Олимпия. Четвертый этаж, отличный вид на парк и игровую площадку, на которой Филипп так много времени провел в детстве, пока его мать с Эллой сидели на балконе и пили кофе.

Волосы Эллы так и остались ярко-рыжими, но седина на висках и корнях выдавала ее истинный возраст.

– Я накрыла нам на стол на балконе, – заявила она. – Есть пирог с земляникой, я его сама… купила.

На столе рядом с вазой с цветами стояла пепельница. Стоило им сесть за стол, как Элла тут же закурила.

– Не могу бросить. Но сейчас курю всего пять сигарет в день, – вздохнула она. – Ну, рассказывай. Что бы тебе хотелось узнать?

– Дело в моем отце, – просто ответил Филипп. – Ты его знала. Каким он был?

Элла выдохнула облачко дыма и залюбовалась тем, как оно плывет над поручнями балкона, растворяясь в воздухе.

– Йохен был первой большой любовью Биргит. Хотя ей и было уже двадцать три, когда они познакомились. Поженились они довольно быстро, я очень удивилась, когда она рассказала мне о помолвке.

– Где они познакомились?

– В больнице. Он был ассистентом врача в гинекологическом отделении. Удалил ей кисту яичника. Это было в 1980 году.

– Как романтично.

– Не стоит недооценивать эротичность белого халата, – пожала плечами Элла. – Хотя мне лично больше нравились пилоты. Форма, знаешь ли. В общем, Биргит и Йохен были влюблены друг в друга без памяти. В первые годы брака мне едва удавалось с ней повидаться. Должна признать, что у меня с твоим отцом были не очень хорошие отношения.

– Почему?

Она затушила окурок.

– Он был бабником. Волочился за каждой юбкой, если ты понимаешь, о чем я. Но на меня его чары не действовали. И когда он это заметил, то просто стал меня игнорировать. – Она пожала плечами. – Прости, что говорю тебе такое.

– Все в порядке. Рассказывай.

– Они были очень счастливы вместе. Биргит так и сияла, когда мы виделись. Мне кажется, это были лучшие годы ее жизни.

Филипп отхлебнул кофе. Лучшие годы ее жизни. Еще до того, как он появился на свет.

– А потом родился я.

– Нет, – рассеянно ответила Элла. – Потом появилась другая. Йохен завел роман.

– С кем?

– Понятия не имею.

– Как это? Разве мама не потребовала у него ответа на этот вопрос?

– Она поверить не могла в его измену. «У него просто тяжелый период в жизни, – говорила она. – Ему нелегко. В больнице столько стресса». Но я была уверена тогда и уверена сейчас, что без другой женщины не обошлось. Понимаешь, вечером он не приходил домой, на выходные постоянно уезжал, да и в постели уже былого рвения не проявлял.

– А потом все наладилось?

Элла взяла пачку сигарет, с тоской посмотрела на нее и опять отложила в сторону.

– Не знаю. Биргит забеременела. Она снова была счастлива. Они давно хотели ребенка, но все как-то не получалось. Биргит почти потеряла надежду.

Филипп взглянул вниз, на парк. Перед качелями, на которых он всегда сидел в детстве, испражнялся дворовой пес.

– Йохен тоже был очень рад. Мне кажется, он и правда готов был все начать заново. Дать своему браку второй шанс. Но это не сработало. В 1988 году они развелись. Тебе был ровно год.

– Из-за той, другой?

– Не знаю. Год спустя он устроился в частную клинику в Дюссельдорфе. Сошелся с администраторшей, она забеременела. Остальное ты знаешь, ты там был.

Она все-таки закурила опять.

– Кто его похитил – мне не известно. Может быть, какой-то ревнивец, с женой которого он переспал.

– А имя Вернер тебе о чем-то говорит?

Элла удивленно распахнула глаза.

– Ну конечно! Забыла тебе рассказать. Вернер был очень важным человеком в жизни Йохена. Как и жена Вернера. Как же ее звали? Уф, ну и память у меня… Не могу вспомнить.

– Кем был этот Вернер?

– Другом. Да что там – лучшим другом. Они с Йохеном были неразлучны. Вернер женился приблизительно в то же время, что и Йохен. И у Биргит были очень хорошие отношения с его женой. Я даже немного ревновала. Точно, вспомнила, ее звали Аннетт.

– А ты не помнишь фамилию этого Вернера?

Элла выдохнула дым через нос и задумалась. Через некоторое время она покачала головой.

– Может, я еще вспомню. Но он точно не связан с похищением Йохена. Вернер умер.

– Когда? И откуда ты это знаешь?

– Видела некролог в газете. Но это случилось давно, твоя мать была еще жива.

– От чего он умер?

– Понятия не имею. Правда, не знаю.

– А его жена?

– Она была человеком искусства.

– Певицей? – спросил Филипп.

– Нет, художницей. В то время она пользовалась большим успехом. Но я ее встречала всего пару раз. После развода Биргит как-то перестала с ней общаться.

Филипп посмотрел на часы. Почти шесть. Через час ему нужно встретиться с Вивиан.

– Зоннабенд, – вспомнила Элла.

– Что?

– Это их фамилия. Вернер и Аннетт Зоннабенд.

– Отлично! – обрадовался Филипп. – Это уже что-то. – Он допил кофе. – Мне пора.

– Ни в коем случае! – возмутилась Элла. – Ты еще ничего не рассказал о себе.