Читаем Невидимая угроза полностью

«Мать знала, почему стоит говорить, будто он мертв», – с горечью думал Филипп. Он сжег бумажку с номером его телефона. Это было глупо, в конце концов, он знал имя своего отца и мог отыскать его телефон в справочнике. Но дело было не в этом. Отец умер, восстал из мертвых и умер окончательно. Всю свою жизнь Филипп как-то справлялся без отца. Теперь он стал совершеннолетним и уж точно без него обойдется. Состояние матери, выплаты по сиротству и алименты – на жизнь ему хватит. Он выучился на программиста и открыл собственную фирму. На выходные Филипп часто ездил к дедушке и бабушке, а иногда – к тетке. Они жили в Пасинге. Потом он познакомился с Вивиан и влюбился. Нанял Жасмин секретаршей. А затем…

– Ну да, – пробормотал Филипп.

Он стоял у лавки, делая упражнения на растяжку. Покачался с пятки на носок. И побежал дальше. Но уже через пару метров Филипп сдался. По тропинке перед ним шла большая семья турков. К тому же он потел, как лошадь. Нужно скорее пойти домой. Выпить воды. Принять душ. А потом? Вот гадство, и почему Марселю вздумалось именно сейчас ехать в горы с новой подружкой? Они могли бы сходить в кино или в паб. Что там Марсель сказал об очередной эсэмэске? «Если бы этот тип прислал сообщение чуть раньше, нам не пришлось бы валять дурака перед той красоткой». Да, после этой эсэмэски версия с Жасмин отпадала, это уж точно. Но кто присылает эти сообщения? Было ясно, что шлет их один и тот же человек.

– Придурок какой-то, – пробормотал Филипп, выходя из парка. – Придурок, которому кто-то дал не тот номер.

Он двинулся по Остервальдштрассе. «А как же потоп в квартире?» – вспомнились ему слова Марселя. «Думаешь, тот придурок неправильно записал чей-то номер, а потом по ошибке вломился в твою квартиру? Чепуха какая-то. Ты сам-то в это веришь?»

Безусловно, Филипп в это не верил. Он опять почувствовал, как в нем нарастает ярость. Он злился на Вивиан за то, что она уехала, не предупредив его. На Марселя, бросившего его на произвол судьбы. На отца, который так и не связался с ним. Филипп старался думать об отце как можно меньше, но эти сообщения не оставляли ему другого выхода.

– Да пошли вы все! – Филипп пнул мусорный бак.

Металлическая крышка бака загрохотала, и в доме напротив тут же открылось окно. Какая-то старушка с упреком уставилась на Филиппа. Он выразительно поднял средний палец и пошел дальше. Хорошо, что Вивиан этого не видела.

На следующий день госпожа Клопп уже ждала его в коридоре офиса.

– Только что звонили из полиции, – заговорщически прошептала она. А ведь кроме них двоих в офисе никого не было. – Просили срочно перезвонить.

Она сунула ему в руку бумажку. «Старший комиссар Беккер. Полиция Дюссельдорфа».

– Дюссельдорф? – удивился он.

– Да. – Госпожа Клопп все еще шептала.

На ее лице отражалось жгучее любопытство, но она не решилась расспрашивать Филиппа. Да ему и нечего было ей ответить.

Взяв бумажку, Филипп прошел в свой кабинет и закрыл за собой дверь. Он совершенно спокойно взял трубку и набрал номер. На самом деле он дрожал, но дрожь сотрясала глубины его сознания, словно цунами, зарождающееся под поверхностью вод, чтобы затем вырваться наружу.

– Речь идет о вашем отце, – заявил старший комиссар Беккер и замолчал.

Может быть, он ждал, что Филипп вскрикнет. Или бросит трубку. Или начнет его расспрашивать. Но Филипп молчал, ожидая продолжения.

– Он пропал.

Филипп кашлянул.

– Я не знаком со своим отцом, – сказал он. – Никогда с ним не встречался.

– Это мне известно, – подтвердил старший комиссар. – Но нам нужно задать вам несколько вопросов. Таков порядок.

«Эсэмэски, – подумал Филипп. – Значит, все это было неспроста. И еще не закончилось. Все только начинается».

– Насколько я понимаю, вы не собирались приезжать в Дюссельдорф в ближайшие дни?

– Конечно нет.

– Тогда я вынужден попросить вас связаться с моими коллегами в Мюнхене. – Он назвал имя и номер телефона соответствующего сотрудника.

«Центральное отделение полиции, Эттштрассе 2», – записывал Филипп.

– Вы не могли бы сказать мне, что произошло? – спросил он.

– Именно это мы и пытаемся установить. Как я уже сказал, ваш отец пропал. С прошлой среды его никто не видел. Семья, конечно, очень беспокоится.

– Семья? – с изумлением переспросил Филипп.

Он почему-то думал, что его отец живет один. А ведь вполне можно было предположить, что он женился снова. Наверное, новые отношения и стали причиной его развода с матерью Филиппа.

– У него есть еще… дети?

– А вы этого не знаете?

– Я же вам сказал, я никогда не говорил с отцом.

– Это да, но обычно люди знают о существовании своих родственников.

Филипп представил себе, как комиссар Беккер вычеркивает его имя из списка свидетелей. И, наверное, заносит его в список подозреваемых.

– Я ничего о нем не знаю. Так у моего отца есть еще дети? Или вы не можете разглашать такую информацию?

– У него еще двое детей. Мальчику девятнадцать лет, девочке шестнадцать.