Женщина, которая стоит перед нами в очереди, очень милая. У нее в руках пакет с мармеладками. Она спрашивает у меня, не хочу ли я конфетку. А я хочу конфетку. Но мама говорит: «Нет! У него аллергия на мармелад». Это неправда. Просто мама боится, что мармеладные мишки отравлены.

«Те люди такое делают, – шепчет мне мама. – Они подсыпают яд в сладости и напитки. Никогда ничего не бери у незнакомых людей, слышишь?»

Но я уверен, что в тех мармеладках не было яда. Мы стоим в очереди, потому что маме нужны деньги. Мы ждем очень долго, но наконец подходим к окошку. Маме нужно заполнить бумаги, но она вдруг забывает наш адрес.

«Из головы вылетело, – говорит она. – Бывает же такое».

И смотрит на меня.

«Улица Агнес Бернауэр, дом 143-а», – говорю я.

«Да, точно», – кивает она.

Мужчина в окошке смотрит на нас подозрительно. Будто мама пытается его обмануть.

«Ничего не рассказывай об этом папе», – говорит мама, когда мы выходим на улицу.

Глава 6

Филипп долго сомневался, следует ли ему вообще нанимать секретаршу. Будучи частным предпринимателем без наемных работников, он чувствовал бы себя намного свободнее, смог бы организовать гибкий график и сэкономить кучу денег. Так он думал. Но когда скопившиеся в его офисе бумаги погребли под собой не только стол, но и подоконник, и стулья, и даже журнальный столик, Филипп понял, что так дело не пойдет. Жасмин Фербер стала первой соискательницей, которую он пригласил на собеседование. Ее рекомендации и сопроводительные документы были идеальны. Сама же Жасмин оказалась очаровательной девушкой, к тому же еще и выглядела потрясающе. Филипп отменил собеседования со всеми другими претендентами и сразу ее нанял. В первую неделю Жасмин трудилась не покладая рук. С утра до ночи, не жалуясь и не отвлекаясь, она разбирала груды скопившихся документов. Она не покидала офиса раньше девяти-десяти часов вечера. И даже на выходных приходила на работу.

– Отдохните же наконец, – говорил ей тогда Филипп. – Эти документы скапливались несколько месяцев, вы вовсе не обязаны разобрать их за пару дней.

Но Жасмин лишь качала головой и продолжала работать сверхурочно, пока не привела все его бумаги в порядок. Даже госпожа Клопп хвалила потом систему своей предшественницы.

В благодарность за титанические усилия Филипп пригласил Жасмин на ужин. Госпожу Фербер. Тогда он еще называл ее «госпожа Фербер».

Когда им подали аперитив, Филипп торжественно заявил своей подчиненной:

– С этого дня я запрещаю вам являться в офис на выходных. Вы слишком много работаете. Я такого больше не потерплю.

– Больше не повторится, шеф! – Жасмин улыбнулась. – Худшее уже позади.

– За вас и ваш талант организатора. – Филипп поднял бокал с шерри.

Они чокнулись.

– За дальнейшее плодотворное сотрудничество, – сказала Жасмин.

За ужином она рассказала ему о предыдущей работе. У Жасмин был конфликт с одной из сотрудниц, и та ее так донимала, что девушка уволилась. Она просидела без работы одиннадцать месяцев.

– Я, конечно, могла куда-то устроиться. Но мне нужен был перерыв. Вы не представляете, как меня измучила та женщина.

– А в чем была суть конфликта? – с удивлением спросил Филипп.

– Да ни в чем. Собственно, ни в чем. Шеф меня жаловал, потому что я лучше справлялась со своей работой. А у той сотрудницы было больше опыта, вот она мне и завидовала. Ну, не важно. Давайте забудем об этом. Я просто рада, что все закончилось.

– Но почему вы ушли? Вы могли бы пожаловаться начальнику на свою коллегу. Или в отдел кадров. Может быть, ее уволили бы. И вы избавились бы от этой проблемы.

– Но как тогда ко мне отнеслись бы другие сотрудники? – Жасмин покачала головой и улыбнулась. – К тому же, что бы вы сейчас делали без меня?

– Да уж, мне пришлось бы несладко, – рассмеялся Филипп, подзывая официанта. Он заказал еще вина.

За десертом они перешли на «ты». Жасмин рассказала Филиппу, что полгода назад рассталась со своим парнем. Вернее, он с ней расстался.

– Но теперь все в прошлом.