Читаем Невидимая угроза полностью

Ее лицо горело, наверное, она совсем раскраснелась. Впрочем, скорее всего, Феликс думает, что это ее естественный цвет лица, с другим он ее не видел.

– Ну, у тебя тут чай. – Феликс кивнул на поднос.

– А, это. Чай для меня.

«И шоколад тоже, – подумала София. – Целая плитка, поэтому я такая толстая».

– Ну ладно. – Феликс пожал плечами и повернулся, собираясь уходить.

– Подожди! – Голос Софии захлебывался от волнения. – Что мне ему передать?

– Кому?

– Морицу.

– Ничего. Я не к нему приходил.

Девочка сглотнула.

– А-а.

О господи, да она сегодня – сама сообразительность.

– Ну, я подумал, загляну-ка я к тебе, вдруг у тебя найдется для меня чашечка чая и шоколадка.

– И нашлись, смотри, какое совпадение. – София показала ему поднос.

Чашка тихо позвякивала – ее бок касался чайника, а у Софии дрожали руки.

– Зайдешь?

– Ну, если ты меня не пригласишь, я и на лестничной клетке могу чай выпить.

София рассмеялась.

– Пойдем в мою комнату. В порядке исключения.

И вот он уже сидит за ее столом и пьет чай. Будто всегда так и было. И делает вид, что ему это нравится. Жаль, что София уже лет семь-восемь не убирала в комнате. На полу валялась грязная одежда, мусорное ведро переполнилось, а письменный стол ломился от груза немытых чашек, книг, тетрадей, тарелок, коробок из-под печенья и всяческих объедков.

– Шоколадку? – София протянула ему открытую упаковку, как можно незаметнее запихивая грязные трусики под кровать.

– Ух ты, марципановая, моя любимая!

– Правда? Еще одно совпадение. Я тоже такой шоколад люблю.

Феликс ухмыльнулся. Может быть, он просто насмехается над ней?

– Ну что, были тогда неприятности?

– Почему?

– Ну, потому что ты опоздала на урок.

– Не-а. В смысле, ничего серьезного.

– Я слышал, твой брат провалился на устном экзамене.

– Он тебе рассказал?

София задумалась, о чем же разговаривают Мориц с Феликсом? Рассказал ли Феликс ему о том, что пригласил его сестру на кофе? И что Мориц ответил на это? «Сочувствую, мог бы провести время и получше». Да, наверняка.

– Конечно. Мы с ним вчера по телефону говорили. Вот незадача, да? Надеюсь, оценка не испортит ему аттестат и он все-таки пройдет на медицинский.

– Я тоже надеюсь. Мориц станет отличным врачом.

Она лгала. В глубине души София была уверена, что Мориц, сильный, всегда и во всем добивавшийся успеха, просто не сможет иметь дело со слабыми, больными, испуганными пациентами.

Феликс кивнул.

– Может, это не так уж и плохо, – задумчиво сказал он.

– В смысле?

– Ну, может, эта неудача заставит его задуматься о будущем. О том, действительно ли он хочет стать врачом.

– С чего бы это? Конечно, он хочет стать врачом. Он об этом с детского садика мечтает. Стать врачом, как наш отец.

– Ну, если он так уверен в выборе будущей профессии, то проваленный экзамен его не остановит.

София пожала плечами. Она не хотела говорить о своем брате. Она хотела больше узнать о Феликсе. Чем он занимается, о чем думает, почему пришел к ней в гости. В основном – почему пришел к ней в гости.

– А ты почему сегодня заглянул? – не сдержалась она.

Но Феликс ее не слушал. Он вертел в руках чашку – ах, какие у него тонкие длинные пальцы! – и смотрел на фотографии, висевшие у Софии над кроватью. Старые фотографии, где София была запечатлена еще ребенком: вот она стоит на трамплине в бассейне, вот бежит по полянке рядом с папой и тянет на веревочке ярко-желтого воздушного змея. Ей тогда было лет восемь-десять. И она совсем не была толстой.

София отломила себе еще кусочек шоколада и подвинула плитку ближе к Феликсу. Однако он этого не заметил. Феликс молчал, и София тоже. Но в этом молчании не было неловкости. Казалось, что они знакомы уже много лет и доверяют друг другу. Хорошее молчание.

«Я люблю тебя», – подумала София. И сама испугалась – такой жаркой, такой страстной была эта мысль. У окна что-то зашуршало, и оба вскинулись.

– Эгон! – воскликнула девочка, поднимаясь.

Толстый кот трогал лапой стекло, чтобы София обратила на него внимание. Шерстка у него была светло-рыжей, почти медового цвета. Собственно, Эгон был котом их соседки, госпожи Блунт, но та, уже очень старая женщина, постоянно забывала дать ему еды. София кота привечала, и Эгон с удовольствием позволял ей себя кормить, гладить и баловать. Правда, в последнее время София стала подозревать, что он ходит попрошайничать и к другим соседям: кот толстел день ото дня. Теперь она давала ему порции поменьше, и Эгон стал заглядывать к ней реже.

– Ты тоже в гости пришел? – Девочка открыла окно и взяла кота на руки.

Эгон сразу замурлыкал.

София опустилась на кровать и погладила его мягкую рыжую шерстку.

– Какой красавец, – улыбнулся Феликс, проводя кончиками пальцев по спине кота.

Их пальцы соприкоснулись, и на мгновение сердце Софии замерло. Феликс убрал руку. Как жаль.

– Мне просто хотелось тебя повидать, – сказал он.

Только через несколько секунд София поняла, что он отвечает на заданный ею вопрос.