Читаем Невеста ветра полностью

— Он привез жену в Лейстес и здесь, узнав об алхимике, решил попросить о помощи, потому что целители безумцев не лечат. Она то лежит целыми днями без движения, то начинает бредить… — Лейла ненадолго замолчала, словно собираясь с мыслями. — В бреду она часто повторяет: черные крылья, у моего ребенка будут черные крылья.

Джа-Джинни опустил голову. Он так давно искал ответ на загадку всей своей жизни, что готов был принять любую помощь, любой знак — но бред безумной женщины? Это было слишком.

— Отчего ты думаешь, что эта грустная история как-то мне поможет?

— Я знала, что ты не поймешь. — Лейла грустно улыбнулась. — Видишь ли, мне показался странным не столько сам рассказ, сколько поведение Ворона. Он всегда спокоен, даже безразличен, а тут вдруг забегал по комнате и даже говорить стал по-другому — торопливо, сбивчиво. Рыбака выпроводил — дескать, безумие излечить не сумеет никто — и потом всю ночь не спал. Что-то бормотал, ругался… а утром, когда я спустилась с чердака, все его книги были в беспорядке, как будто он пытался в них что-то разыскать.

Сердце крылана забилось часто и неровно. Возможно ли, что Ворон ему солгал? Но если алхимик и впрямь что-то скрывает, нет смысла идти к нему опять — Бдительные тайн не выдают. У моего ребенка будут черные крылья. Он искал себе подобных, но никогда не пытался даже самому себе объяснить зачем… а теперь понял. Прожив больше сорока лет, крылан понятия не имел, сколько ему отпущено. Сорок — половина жизни для человека, ранняя юность для магуса. И те и другие к этому времени уже имеют семью и детей. А крыланы?..

— Благодарю, — сказал он хрипло и взволнованно. — Это и в самом деле интересно. Но скажи, зачем ты мне помогаешь?

Лейла отвернулась и пожала плечами:

— Я бард. Из этого может получиться неплохая песня, которую будут петь в тавернах даже после того, как я замолчу навсегда… — Помолчав, она добавила: — Знаешь, мне почему-то кажется, что приближается время, о котором будет сложено немало песен.

— Вроде той, что ты спела капитану Крейну?

— Да. — Она тяжело вздохнула. — Хотелось бы мне сделать ее повеселее, но уже поздно…

— Поздно… — повторил крылан. — Где, ты сказала, живет этот рыбак?

— Я не говорила, — хмуро ответила Лейла. — Тебе не надо там появляться, разве не понятно? — Джа-Джинни пристально взглянул на девушку, и она нахмурилась еще сильней. — Если он увидит воочию человека с черными крыльями, то может решить…

— …что я замешан в этой истории, — кивнул Джа-Джинни. — Да, он обязательно так подумает. Но неужели ты считаешь, что я не смогу сам отыскать этого человека? Лейстес не так уж велик. Помоги мне еще раз, не заставляй терять время.

— Ты сумасшедший, — с тяжелым вздохом проговорила Лейла. — А я дура. Рыбака зовут Шак, его жену — Вейде. Они живут в западной части города, в лачуге у самых скал… обещай, что будешь осторожен!

— Боишься, не о ком будет сочинять песни? — с усмешкой поинтересовался крылан.

— Обещай! — повторила девушка, не обращая внимания на его ироничный тон. — Пожалуйста!

— Хорошо, — смилостивился Джа-Джинни. — Обещаю не бросаться со скалы очертя голову.

Она вздрогнула, словно он сказал что-то обидное, пробормотала невнятно слова прощания и захромала прочь, не дожидаясь ответа. Крылан остался стоять, разрываясь между желанием тотчас полететь на поиски рыбака и необходимостью разобраться в случившемся ночью. От принятия решения его освободил Умберто, который шел со стороны доков в одиночестве.

— Я тут поспрашивал вахтенных и узнал кое-что интересное, — начал он, едва приблизившись. — Ночью с борта «Утренней звезды» снимали какие-то сундуки и тащили в город, к дому Звездочета. Как думаешь, капитан был прав? В одном из этих сундуков вполне могла быть карта.

— Могла, — охотно согласился крылан. — Только не надо кричать об этом на всю пристань.

Умберто нахмурился.

— Тут еще одна любопытная вещь получается. Питейный говорит, как раз в то время, когда они сундуки тащили, со стороны загонов вдруг раздался шум и треск.

— Да? — Джа-Джинни не сумел сдержать удивления. Это и впрямь было любопытно. — А что еще он видел?

— Больше ничего. Он решил, что матросы со «Звезды» уронили сундук и он сломался…

Крылан призадумался.

— Нет, не сходится что-то. Сундуки… «Утренняя звезда»… бред какой-то.

Ему вдруг показалось, что ответ на все вопросы где-то рядом, только руку протяни. Но пока что он не мог понять, как связаны друг с другом части этой странной головоломки. Кристобаль бы понял, он никогда не чурался безумных предположений, а вот ему, Джа-Джинни, мешал здравый смысл. «Не все твои дары пошли во благо, Джайна».

— Умберто, если бы мы с тобой захотели украсть лодки, что бы мы сделали?

Помощник капитана надолго задумался — видно было по лицу, что он отнесся к предложению Джа-Джинни со всей серьезностью, — а потом уверенно сказал:

— Уж точно мы не стали бы ломать загоны. Лодки через дыру рванут в океан — и ищи их потом всю оставшуюся жизнь…