Алан Эйкборн

Невероятный иллюзион Эрни

Пьеса в одном действии

Действующие лица:

Эрни.

Мама.

Папа.

Медсестра.

Доктор.

Офицер.

Тетушка Мэй.

Ярмарочные зазывалы.

Рефери.

Судья у ринга.

Мужчина — болельщик.

Кид Сарасен.

Эдди Эдварде.

Женщина.

Второй мужчина.

Дама.

Служитель библиотеки.

Бродяга.

Девушка — библиотекарь. Дама — библиотекарь.

Пациенты, солдаты, толпа, боксеры и т. д.

Эрни(к зрителям). Если вам однажды захочется почувствовать себя больным, проведите каких‑нибудь полчасика в приемной врача. Даже если вы явились сюда совершенно здоровым, уйдете в самом плачевном состоянии.

Из кабинета выходит пациент. Со стонами проходит через приемную к выходу. Остальные провожают его взглядами, скорбно покачивают головами. Появляется Медсестра.

Медсестра. Мистер и миссис Фрэзер. (Мама и Папа встают.) Доктор ждет вас.

Мама. Благодарю вас. Пошли, Эрни.

Мама, Папа и Эрни следуют за Медсестрой, через сцену, в кабинет Доктора. Доктор сидит за столом.

Мама. Доброе утро, доктор.

Медсестра выходит.

Доктор. Э… э… Мистер и миссис Фразе; так?

Мама. Совершенно верно, доктор. Я — миссис Фрэзер… а это мой муж, мистер Фрэзер… А вот наш сынок… Эрни.

Доктор. Ах да. Эрни. До меня доход самые разные слухи, малыш. Ну‑ка, признавайся, что ты там натворил, а?

Папа. Иллюминации.

Доктор. Простите?..

Папа. Иллюминации.

Доктор. А — а, иллюми… ах, ну да, конечно, конечно.

Мама. Доктор, мой супруг хочет сказать что Эрни устраивает эти… такие иллюзии

Доктор. А — а!

Мама. То есть на самом деле это даже не иллюзии, а хуже того…

Папа. Вот именно.

Доктор. Простите?

Папа. Вот именно, говорю.

Мама. Из‑за этого у нас такие неприятности. В школе, дома. Везде, где он бывает. Я хочу сказать, что так больше невозможно. У его отца здоровье уже не такое крепкое, как раньше, — так ведь, Альберт?

Папа. Да.

Доктор. Что?

Папа. Да, говорю.

Доктор. Пожалуй, было бы лучше, если бы вы по подробней объяснили, что случилось. Когда вы в первый раз заметили эти…

Мама. Ну…

Папа. Э-э, того…

Мама. И потом…

Папа. Так оно, значит…

Мама. Мы бы, конечно… В общем… было значит… ну, почти что… это…

Доктор. Продолжайте.

Эрни выходит вперед. Пока он говорит, Папа, Мама сидят. Доктор отходит на авансцену к кулисам, достает блокнот и делает записи.

Эрни. Все началось с обыкновенных фантазий. Вы знаете, с каждым бывает. Когда, например, тебе удается забить три гола подряд за пять минут в финальном матче на, или, там, вытащить свою бабушку из‑под обломков горящего вертолета. В общем, всякая такая мура. Однажды, в пасмурный субботний день, я, мама и папа спокойно сидели дома. Это был один из тех замечательных, полных событий дней, которые так часто бывают у нас в семье.

Эрни занимает место за столом Доктора и раскрывает книгу. Мама начинает вязать, Папа просто сидит, уставившись в одну точку. Длительная пауза.

Эрни. Жизнь била ключом….

Мама. Я думала, ты пойдешь на футбол, Альберт.

Папа. Не сегодня.

Мама. Ты же никогда не пропускаешь…

Папа. Они сегодня играют на выезде….

Мама. А — а… в…?

Папа. В Бирмингеме. Черта лысого попрусь в Бирмингем, даже на «Юнайтед», Эрни. Тем временем… пока развивалась эта интереснейшая дискуссия, я читал книгу о героях французского Сопротивления и опасностях, которые подстерегали их на каждом шагу… Частые аресты на квартире… я представил себе, что бы случилось, если бы в нашу дверь ломился взвод солдат. Им кто‑то донес, что я прячу в сливном бачке передатчик, и вот…

Стук сапог. Взвод солдат во главе с офицером подходит к двери дома Фрэзеров..

Офицер. Хальт! (Стучит в дверь.)

Папа. Дверь?

Мама. Что?

Папа. Дверь, говорю.

Мама. Да?

Офицер(с немецким акцентом). Откры-фай этот тферь! Открыфай тферь.

Мама. Наверное, молочник. За деньгами пришел. Он всегда приходит в это время. Альберт, у тебя не найдется десяти шиллингов?