Читаем Невероятные полностью

– Когда ты попала в больницу… меня это многое заставило переосмыслить, – тихо сказал он. – И я понял, что хочу быть рядом с тобой, Ханна. Хочу играть более значимую роль в твоей жизни.

– В Аннаполис я не поеду, – выпалила Ханна.

– Тебя никто и не заставляет, – ласково произнес отец. – Я переведу свой офис сюда. Твоя мама предложила мне поселиться здесь, в этом доме.

Ханна ошеломленно уставилась на отца. Как будто она попала в телевизионное реалити-шоу с недоработанным сценарием.

– А Кейт и Изабель останутся в Аннаполисе?

Отец покачал головой.

– Тут есть над чем подумать. У тебя будет время принять решение. Я перееду сюда только в том случае, если ты тоже будешь жить здесь. Договорились?

Ханна обвела взглядом их опрятную современную кухню, пытаясь представить, как отец с Изабель стоят за разделочным столом и готовят ужин. За обеденным столом отец будет сидеть на своем прежнем месте, Изабель – на месте мамы, Кейт займет стул, который обычно завален журналами и ненужными рекламными буклетами.

Ханна будет скучать по маме, правда, та и сейчас редко бывает дома. И Ханне очень хотелось, чтобы отец вернулся, только вот она сомневалась, что ей понравится жить вместе с его новой семьей. Если допустить, чтобы Кейт переехала в Роузвуд, будет война.

Кейт стройная, белокурая, красивая. Кейт заявится в дневную школу Роузвуда и попытается занять лидирующее положение. Но ведь Кейт будет новенькой. А Ханна… Ханна пользуется популярностью.

– М-м, ладно. Я подумаю.

Ханна поднялась из-за стола, взяла сумку и пошла в уборную на нижнем этаже. Если честно, она ощущала… волнение. Может, это будет потрясающе. Преимущество на ее стороне. За следующую неделю она постарается укрепить свою репутацию самой популярной девчонки в школе. Без Моны сделать это будет легко.

Ханна сунула руку в шелковый карман сумки. В нем лежали рядышком два «Блэкберри» – ее и Моны. Она знала, что полиция ищет второй телефон Моны, но не спешила его отдавать. Сначала нужно кое-что сделать.

С глубоким вздохом она вытащила из сумки телефон в рыжем замшевом футляре, включила его. Аппарат ожил. На экране – ни приветствия, ни заставки. Мона использовала его сугубо для дела.

Она сохранила все сообщения, которые отправила им. Каждое послание, подписанное одной энергичной буквой «Э». Нервно покусывая нижнюю губу, Ханна листала эсэмэски в свой адрес. Вот самая первая, которую она получила, когда ее привели в полицию за то, что она украла браслет и ожерелье «Тиффани»: «Привет, Ханна. Ты растолстеешь на тюремной жрачке, и знаешь, что скажет на это Шон? Отстой!» А вот и последняя, отправленная Моной с этого телефона. Она содержала леденящие кровь строки: «А Мона? Она тоже тебе не подруга. Так что не теряй бдительности».

Из всех полученных Ханной анонимок с другого телефона была послана только одна – та, что гласила: «Не всему, что говорят, можно верить». Мона случайно отправила ее со своего обычного мобильника. Ханна поежилась. В тот день Мона только-только приобрела новый аппарат и еще не успела внести в него все номера. Мона перепутала, и Ханна узнала номер. Если б Мона не ошиблась, как знать, сколько бы еще продолжался этот кошмар?

Ханна сжала в руках «Блэкберри» Моны, так и порываясь его раздавить. «Почему?!» – хотелось крикнуть ей. Она знала, что должна ненавидеть Мону – в гараже Вондерволов полиция обнаружила внедорожник, на котором Мона ее сбила. Машина была накрыта брезентом, но на переднем крыле виднелась вмятина, а фары были забрызганы кровью – кровью Ханны.

Но Ханна не могла ее ненавидеть. Не могла, и все. Если бы можно было стереть все то хорошее, что она помнила о Моне – как они веселились, когда ходили по магазинам; как завоевывали новые высоты триумфальной популярности; как отмечали годовщины своей дружбы. С кем теперь Ханна будет советоваться по поводу своего гардероба? С кем будет ходить за покупками? Кто теперь будет притворяться ее подругой?

Ханна поднесла к носу мыло с ароматом мяты, запрещая себе плакать: так ведь недолго и размазать тщательно наложенный макияж. Несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и снова открыла почтовый ящик с отправленными эсэмэсками в телефоне Моны. Выделила каждое сообщение, что послала ей Мона за подписью «Э», и выбрала опцию «Удалить все». «Вы действительно хотите удалить?» – спросил дисплей. Ханна щелкнула по опции «Да». Крышка мусорной корзины открылась и закрылась.

Если нельзя удалить их дружбу, она хотя бы удалила свои секреты.

* * *

Вилден ждал Ханну в холле – он вызвался подвезти ее в суд. Она заметила, что глаза у него воспалены, уголки рта опущены – должно быть, вымотался за последнюю неделю, которая оказалась тяжелой, или же это оттого, что ее мама сообщила ему про переезд в Сингапур на новую работу.

– Готова? – спросил он.

– Подождите секунду. – Ханна достала из сумки «Блэкберри» Моны. – Это вам подарок.