– Не согласен. Супруги – это единое целое. Я так прожил со своей женой и тайн от неё у меня никогда не было.

– Ага, конечно, – усмехнулся я, – твоя вторая половинка, если верить тебе, знала обо всех оперативно-розыскных мероприятиях в городе…

– Не говори глупостей, – прервал меня Самсонов, – это работа. Я же говорю о деньгах, об имуществе, о том, что должно обеспечить семье благосостояние и стабильность.

– Не знаю, Фёдор Петрович, мне тяжело судить. У меня была и остаётся лишь одна семья – моя. И могу сказать, что и у меня, и у супруги есть тайны. Они должны быть, мы оба знаем об их существовании, но не лезем их раскрывать. Даже у собаки всегда есть свой угол, в котором её никто не тревожит. Так же между мужем и женой. Может быть, я и не прав.

– Да? – задумчиво переспросил Самсонов. – Может быть. Ладно, – обратил он внимание на готовящиеся блюда, – обед скоро будет готов. Растолкай Женьку, а там уж как он решит: либо отправится спать, либо будет слушать продолжение истории.

Я разбудил недовольного Солодова. Последний сначала поворчал, но увидев накрытый стол, а также узнав, что рассказ продолжается, умолк. Затем взял из холодильника бутылку коньяка (я и Самсонов от алкоголя воздержались), занял своё место и торжественно изрёк:

– Продолжай. Кстати, что нас ждёт дальше?

– Тебя ничего особенного, кроме завтрашнего похмелья, – усмехнулся я и продолжил. – Теперь начинается самое интересное.

6

В день судебного заседания, которое было назначено на 11 часов, я с утра находился в здании суда. В то утро у меня рассматривалось несколько дел, поэтому к началу процесса по Кулаковым, я подошёл минуты за две. Олег уже находился в коридоре перед входной дверью в зал заседаний, рядом с ним стояли двое неизвестных мне мужчин. Все трое что-то оживлённо обсуждали. Поздоровавшись, я зашёл в зал суда и занял своё место. Буквально тут же забежала секретарь, а за ней вошла судья Мельникова. Кулаков прошёл вслед за ними.