Читаем Never Back Down 2 (СИ) полностью

Лина расстелила на столе пергамент, испещрённый её заметками, записями и рисунками. В центре было изображение небольшой шкатулки и свернувшейся на ней в клубок змеи, оплетающей какой-то шар.

— Это Ловушка! — заявила подруга, ткнув пальцем в рисунок. — Я выяснила несколько вещей. Во-первых, её создателя действительно затянуло в неё вскоре после изобретения Ока Гора. Во-вторых, она крепко связана с нынешним владельцем. В любой ситуации, кто бы ни держал её в руках, она перекачивает энергию жертв только своему хозяину. В-третьих, с помощью Ока Гора можно попасть в эту Ловушку, оставшись живым, целым и невредимым, а после и выбраться из неё, но там масса условий, которые я не разобрала. В…неважно, в каких, я уже запуталась. Так вот, чтобы деактивировать Ловушку, необходимо разорвать связь с владельцем. Это можно сделать только с помощью Ока и, как я поняла, изнутри.

— А как же тогда в прошлый раз её деактивировали? — спросила я. – Ну, Рем рассказывал, что Ловушка применялась несколько лет назад.

— Её владельца пристрелили, — пожала плечами Лина. — „Пока смерть не разлучит нас“. С Волдемортом можно было бы попытаться, но к нему хрен подступишься.

— Это уж точно, — вздохнула я. — Что-то ещё?

— Ну… Ловушка может выбирать жертв сама, а может по указке хозяина. Что она представляет внутри, никто не знает, ибо пока никто не выбирался оттуда живым. Зато я узнала, где можно искать Око Гора! Это уже плюс. И ещё что-то… ой-ой-ой… забываю! Плохо-плохо-плохо!

— Ну, так беги к Дамблдору, пока совсем не забыла, — посоветовал Эд.

— Да! Да, точно! Бегу! — Она сгребла в охапку пергамент. – Да, и ещё раз поздравляю! Я же говорила, тебе, Эд! Ещё тогда, в лесу!

Она пулей вылетела из гостиной. Мы с Эдом рассмеялись, глядя ей в след. Эд слегка покраснел.

— Так, на чём мы остановились…А, вот оно.

„Кто, злом владея, зла не причинит,

Не пользуясь всей мощью этой власти,

Кто двигает других, но, как гранит,

Неколебим и не подвержен страсти, —

Тому дарует небо благодать,

Земля дары приносит дорогие…“*

Я слушала, как струится его голос, блаженно улыбаясь. За окном выл ветер, что-то тихо бормотали студенты. Я нежилась в тёплых объятьях, с наслаждением слушая голос любимого человека, читавшего мне стихи.

Всё было хорошо.

А за окном разыгрывалась непогода…

***

Третий день в Лондоне бушевала буря. Мелкий мерзкий дождик, моросивший три дня подряд, обернулся ливнем, порывы яростного ветра со свистом гнули деревья. На Лоуэлл марш на пороге дома с тихим хлопком появился укутанный в чёрное пальто человек. Скрываясь от косых хлещущих капель дождя, он распахнул парадную дверь и шагнул в освещённый тёплым светом коридор.

Из маленькой комнатушки тут же выглянула консьержка. Близоруко щурясь, она поправила очки и всмотрелась в вошедшего мужчину, отряхивающего намокшее пальто.

— Ах, Джейсон, это ты! — всплеснула она руками, узнав обитателя последней квартиры. — Ну и погода, надо же! Как можно из дома-то выходить в такое ненастье? Батюшки, Джейсон, ты даже почти не промок! Чудеса какие!

— Такси подбросил прямо к порогу, — солгал мужчина, поднимаясь по каменной лестнице на последний этаж.

На тёмной площадке он хотел было достать ключи, чтобы отпереть замок, когда увидел, что дверь открыта. Мужчина усмехнулся. Во всей Англии только семь человек знали о его нынешнем убежище и только двое могли осмелиться явиться в его дом без приглашения. Он вошёл в квартиру, нарочито громко хлопнув дверью, неторопливо снял пальто, повесил его на вешалку, поправил овальные очки и, памятуя о том, каким нетерпеливым мог быть его гость, он по-прежнему неторопливо прошёл на кухню. Взмахом волшебной палочки он вскипятил чайник, долго и со вкусом выбирал из множества баночек чай, тщательно подобрал три чашки из сервиза, оставленного прошлыми жильцами.

Эта квартира была седьмой за последний год, и, пожалуй, она нравилась ему больше остальных. Посторная, светлая, обставленная со вкусом и всеми удобствами, она занимала целый этаж. Из широких окон была видна башня Биг Бена, а из гостиной можно было выйти на чудную террасу.

Пока он совершал свои нарочито медлительные манипуляции, наполняя сахарницу рафинадом, рядом появился домовик.

— Оставь, Мозли, я сам, — проговорил мужчина, когда эльф потянулся к чайнику.

— Господин Кьялар, сэр! — пропищало нелепое создание в пёстрой наволочке. — Там в гостиной… человек… злой-презлой!

— Я знаю, Мозли, — кивнул Кьялар, заливая в чайник кипяток. — Как наша гостья?

— Когда вы ушли, господин, гостья была несколько расстроена. Она кричала непристойные выражения о вас, вашей матушке, вашем брате и снова о вас. Потом она разбила и порвала всё, что можно было разбить и порвать.

— Ты покормил её?

— Гостья швырнула в Мозли блюдо и замахнулась кочергой. Мозли пришлось усыпить гостью, как вы приказывали, господин.

— Славно, — произнёс он, водружая чайник на поднос. — Отнеси это в гостиную и скажи, что я скоро буду.