Читаем Неуёмная (СИ) полностью

Заглянуть лично? Что это значит? Разве они уже не были "ментально соединены"? В смысле, каждый из дамиан, хочется ему этого или нет, и так неотрывно с ней связан — настолько, что она, будучи уже более, чем обычной представительницей своей расы, а вполне себе сущностью божественной, способна каждую секунду улавливать поток из отголосков эмоций и особенно ярких воспоминаний каждого своего подданного… К слову будет сказано, что в большинстве случаев даже не обращая на это всё никакого внимания и воспринимая в лучшем случае как какой-то бессмысленный шум, но когда случалось что-то действительно важное — например, кто-то из них нарушал основные правила их жизненного уклада — маловероятно, что это могло остаться незамеченным.

А сейчас выходило, что обычной их связи было недостаточно? И чтобы напрямую заглянуть ей в память, требовалось её… "как-то" усилить? А это "как-то" означало…

Некоторые волнующие догадки поселились в голове Шаос — есть у дамиан такая практика. Когда её только обращали, то для того, чтобы она вступила с Госпожой во временный ментальный контакт и та решила, насколько эта полуполурослица годна стать одной из них, ей пришлось выпить крови Азаэля. Но не значит же это, что Неллит хочет заставить её испить своей крови?.. Или же… сама сделает это?..

— Ты же знаешь. Достаточно и тесного физического контакта. — Поняла Неллит мысли Шаос. И пока рука её продолжала держать ехидну за нервно сглатывающее горлышко, она подозвала своего стража, приказывая тому снять шлем… — Но с обменом жидкостями — оно всегда надёжнее. Как же ещё лучше понять того, к кому ты лезешь в голову, если как не знать его "вкус"? Просто расслабься и не сопротивляйся. Я знаю, ты хорошо этому научилась.

И защитник обнажил своё лицо… определённо вызвав этим некоторое разочарование, лишив свой облик не только загадочности, но и продемонстрировав то, что там, под металлом, не пряталось ничего особенного — самое обычное, бледного цвета человеческое лицо. В меру волевое, но подбородок всё же имел не только углы, но и некие изгибы и округлости. Только что глаза у него оказались более живыми, чем можно было у такого молчуна ожидать — и он, склоняясь перед Шаос на одно колено, чтобы завести ей за спину свою руку и прижаться в тесном, глубоко проникающем ей в рот поцелуе, будто бы подал ими какой-то знак — на долю секунды опустив их вниз и закрыв веки.

И-и не то, чтобы её там часто или редко по жизни целуют, но… но, блин… есть в этом процессе что-то такое, из-за чего в её оплодотворённом животике зашевелились бабочки. Эта влажная, липкая связь. Вкус кого-то ещё… И потому, когда их влажный поцелуй оказался разорван, то она уже не то, что была бы не против — а выступала даже чуточку за то, чтобы он сделал с ней всё, что ему хотелось…

— Какая грязная девчонка. — С хищным оскалом произнесла Неллит — и наконец-то полностью разжала руки, вместе с этим скидывая ненужную более Шаос на пол. И всё для того, чтобы обнять своего главного возлюбленного за плечи и припасть к его губам, вкушая тем самым не только его слюну, но и слюну этой ехидны…

Более ненужная же Лизка попыталась сесть. Ну, и чисто из-за того, что в своей возможности встать она сейчас не была уверена — то прямо на полу, в какой-то глуповатой, почти собачьей позе. Но до того, как она успела занять устойчивое положение — голову её прорезала острая вспышка. Это госпожа вторглась в её мысли, и действовала она при этом грубо, выискивая во всём этом хламе из бессмысленных воспоминаний крупицы нужной ей информации…

Для Шаос это было, признаться, стыдно… Но своё дело Неллит делала быстро, не заостряя внимание на всяких глупых секретиках, на тех этапах её ехидновской жизни, которыми не сильно хотелось гордиться и на сильно терзавших душевных муках и переживаниях, а копала преимущественно в одном направлении — на самую глубину, в беспросветный мрак…

И как всё быстро началось — так же и окончилось. Что Шаос смогла насладиться своим падением щекой о пол уже находясь в трезвых чувствах.

— Ты спишь с людьми за горсть конфет? — Спросила Неллит, вставая с диванчика. Но… но даже она оказалась удивлена откопанной в памяти ехидны информацией — и передумала, снова на него садясь. И потянулась за остывающим кофе… — Не буду тебя судить за это…

— Г-госпо… за, я… — Шаос привстала и, с трудом нащупывая за собой кресло, каое-как запрыгнула в него.

— Брала бы хотя бы шоколадными, а то трахаться за карамельки — это слишком оригинально. Но то, что ты видела — в своём роде уникально. Нет, некоторые и до тебя спускались под землю, и даже сталкивались с обитателями этих глубин, но ты… Ты в этом всех переплюнула — до такого дна до тебя никто прежде не добирался.

Это… прозвучало как-то двояко. Но ведь она же говорила о тех подземных руинах, да? За этим она сюда пришла?!