Читаем Неуязвимый Боло полностью

Я не ответил. Мое имя его не касается; и в любом случае вряд ли он обращался именно ко мне. Люди часто говорят бессмыслицу. Возможно, именно поэтому они правят, а мы служим.

— Меня это не касается, так, приятель? — проговорил Боуэн. — В последнее время это происходит все чаще. — Он явно не был дураком, и похоже, я переоценил его степень опьянения.

Он ухватился за мою гусеницу. Я было решил, что он просто пытается не потерять равновесие, но пальцы ученого неожиданно пробежали по плетеному кристаллическому траку.

— Полковник Макдугал говорит, что не мне инструктировать офицеров батальона, потому как этим должны заниматься эксперты. Полковник Макдугал кадровый офицер, ему лучше знать, так?

Ситуация шокировала меня.

— Майор Боуэн, полковник Макдугал ваш командир, — сказал я.

— О, готов поклясться, что Макдугал мой командир, — ответил Боуэн, но его тон вовсе не говорил о согласии с этим утверждением. — Он первым может это подтвердить, наш полковник. Я просто гражданский с офицерским званием. Вот только раз уж я здесь, то решил выполнить свай долг.

— Ваш долг — выполнять приказы вышестоящего офицера, — ответил я.

— Твой тоже, — хихикнул Боуэн.

Его ладони гладили мою носовую броню. Мои награды приделаны к башне, но кремнесталь передней брони несет шрамы, способные о многом рассказать тому, кто может их прочесть.

— Как твое имя, друг? — спросил Боуэн.

Мое имя — это мой пароль, который Боуэну знать не положено. Я не отвечаю.

Он критически оглядел меня.

— Ты Малдун, — заявил он. — Твой Командир Граммерси.

Я шокирован. Это Боуэн мог узнать лишь от самого капитана Граммерси. Но почему Граммерси разболтал то, что обязан скрывать? В мои обязанности не входит понимание коллоидных мозгов, но временами мне кажется, что если бы я их понимал, то мог был лучше выполнять поручаемые мне задания.

— Ты хотя бы помнишь поэму? — добавил Боуэн. Лишь несколько микросекунд спустя до меня доходит, что его бессмысленная фраза на самом деле была вопросом.

— Конечно, — ответил я. В моей памяти хранятся все данные о произведениях искусства людей.

— А ты знаешь, что герцог Эссекский были идиотом? — спросил Боуэн. — Что его глупость заставила его увести армию и оставить страну беззащитной перед грабителями?

— Его воины были героями! — воскликнул я. Они были преданы ему до конца!

Стены ангара содрогнулись от моих слов, но Боуэн даже ухом не повел.