…Лив вышла из-за стеллажа с напитками, держа в руках большущую шоколадку. Наверное, выбрала самую дорогую, чтобы наверняка насладиться вкусом. Криво ухмыльнувшись этому, я уже приподняла ладонь, чтобы дать сестре знак о том, что мы заканчиваем с покупками, как вдруг молодая женщина, стоявшая с корзиной покупателя между мной и приближающейся Лив, резко рухнула на пол. От неожиданности я застыла на долю секунды, но как только увидела Лив бросающейся на помощь женщине, сразу же отскочила от своей тележки и тоже подбежала к упавшей. Первая мысль: обморок или сердечный приступ. Однако стоило мне приблизиться к упавшей, как я всем своим нутром почувствовала, что что-то здесь не так.

Женщина, конвульсивно корчась в позе эмбриона, зажимала руками свои уши, словно они доставляли ей чудовищную боль.

Глава 2.

– Что с Вами, миссис?! Что с Вами?! – Лив, стоя на коленях и прижимая к груди шоколадку, пыталась допросить страждущую. В ответ женщина вдруг страшно закричала таким высоким голосом, словно ей в уши раскалённые иглы воткнули. От испуга Лив резко отпрянула и завалилась назад. Я же напротив приблизилась к женщине ещё ближе и, встав на одно колено, коснулась её плеча. Продолжая стенать и сильно жмуриться, женщина начала извиваться, словно старалась втереть себя в плитку.

– Сейчас!.. Сейчас мы Вам поможем! – я постаралась успокоить женщину, но её страдальческий стон продолжал неумолимо нарастать. – Лив! Лив, позови на помощь… – прежде чем я договорила фразу, я обернулась и замерла от испуга: глаза Лив, смотрящие в соседний зал, были переполнены ужасом.

Устремив взгляд в загипнотизировавшую сестру сторону, от увиденного я забыла как дышать: весь соседний зал был усыпан корчащимися в конвульсиях людскими телами. Продавцы, покупатели и даже несколько детей – все лежали на полу держась за уши… Наверное, я на несколько секунд оглохла, потому что их крики долетели до меня не сразу, словно из-под толщи воды. Этот ужасающий звук – сумма десятков болезненных криков – с каждой секундой нарастал. Я неосознанно убрала свою руку с плеча извивающейся подле меня женщины и именно в этот момент она взорвалась криком такой чудовищной силы, что у меня зазвенели перепонки.

“Началось!”, – единственная мысль, которая пронеслась в моей голове за секунду до того, как, вскочив на ноги, я бросилась обратно к своей тележке.

Что началось?!.. Я не смогла ответить себе на этот вопрос.

Сорвавшись с места вместе с тележкой, огибая корчащуюся женщину, я схватила за шиворот всё ещё пребывающую в шоке Лив и, буквально вынудив её встать на ноги, крикнула ей, чтобы она бежала за мной. И она побежала.

По пути к выходу мы миновали ещё двух корчащихся и страшно орущих людей – мужчину и женщину. У обоих из-под ладоней, прижатых к ушам, струилось что-то алое… Кровь?.. Неужели это кровь?..

Не останавливаясь ни на секунду, оглушаясь стуком собственного сердца, я пролетела мимо кассы даже не задумываясь над тем, что мне не следует вывозить из магазина тележку, не заплатив за её содержимое. Лив без лишних вопросов последовала за мной, её нервное дыхание, гулко звучащее прямо за моей спиной, было на грани срыва.

Вынырнув из дверей гипермаркета, я, сама того не ожидая от себя, резко затормозила. Лив моментально врезалась в мою спину. От представшей перед нами картины мои глаза округлились до предела.

Вся парковка была усыпана человеческими телами. Только половина из них корчилась так же, как те, что остались в гипермаркете. Вторая половина не проявляла признаков жизни. У многих на руках, зажимающих уши, на щеках и шеях виднелись кровавые следы. Внезапно я увидела четверых людей, стоявших в разных концах парковки с не менее ошарашенными выражениями лиц, чем было у меня самой. Один из них, крича благим матом даже громче корчащихся людей, пытался трясти упавшую пожилую женщину, в эти секунды не проявляющую никаких признаков жизни.

– Что это?.. – чуть ли не скуля, внезапно громко всхлипнула Лив и поспешно схватилась за моё предплечье.

Резко развернувшись, я взглянула в глаза сестры и, увидев в них детский страх, вдруг очнулась. Внутри меня что-то явственно щелкнуло. Неосязаемый предохранитель, который внутри людей отвечает за сдерживание животных инстинктов. Он отключился.

Схватив сестру за предплечье с силой, которая явно причинила ей боль, я заставила её взяться за тележку:

– Держи её! Вот ключи от машины… – при этих словах я бросила поспешный взгляд на наш автомобиль, удобно припаркованный сразу у выезда с парковки. – Разгружай тележку в багажник! Делай быстро и аккуратно, чтобы больше вместилось!

– А ты?!..

– Как только закончишь – возвращаешься в магазин с тележкой и сваливаешь в неё все продукты без разбора!

– Но…

– Бери воду и консервы! Товары первой необходимости и то, что будет храниться дольше! Понятно?!

– Но, Джекки…

– Делай что говорю! Тебе понятно?! – я с ещё большей силой встряхнула сестру за плечи. От боли она вскрикнула:

– Понятно!

– Пошла! Быстро! Быстро!

Прежде чем я успела вернуться в магазин, Лив уже бежала в сторону нашего автомобиля.