Читаем Нэцах полностью

Нахрапом не получилось, что еще больше раззадорило Илью Степановича. Обычными дорогими подарками эту дичь не возьмешь. Ксеня была непробиваема: у нее было предостаточно всех доступных материальных благ — и шубы, и украшения, и модельная, шитая по ноге обувь, и даже оставшийся от мужа автомобиль, который, кстати, она сама ему подарила. Тогда он решил действовать масштабно.

Утром 8 марта Ксения Ивановна услышала смешки и галдеж под дверями и в своем домашнем, шитом на заказ атласном халате она распахнула дверь — вся лестничная площадка, а точнее пять широких мраморных пролетов от самого входа до ее второго этажа, включая площадки, была выстелена цветами.

— Пижон, — довольно хмыкнула Ксеня, — адиёт и пижон.

Пижон через полчаса позвонит в дверь, вручит букет и предложит отужинать в ресторане.

— Нет уж, увольте, — Ксеня будет откровенно наслаждаться. — Пила я в вашем ресторане — коньяк отвратительный. И вообще, что это вы устроили? Я, конечно, понимаю, что на сельских свадьбах так принято, но на Молдаванке цветы обычно за гробом стелят. А я пока не готова ни по одному из маршрутов.

— Какое село? Я с Канавы, — обиделся Илья. — А чаем угостите?

— Я чай обычно не пью, — хитро посмотрела на него Ксюха, — от него такая бессонница. До свидания, товарищ Панков. Я тронута и даже обескуражена таким вниманием. Благодарю.

У охотников есть понятие — скрадывать дичь. Это означает подбираться поближе незаметно, бесшумно, буквально по паре сантиметров, пока расстояние не окажется достаточным для меткого выстрела.

И начались букеты. Каждый день утром и вечером из центрального цветочного магазина Ильинской доставляли цветы. Приносили их посыльные в униформе и, пытаясь отдышаться, сообщали слова поздравлений.

Через неделю Ксеня всех доставщиков знала в лицо и, жалея, просила: — Да оставляйте внизу. Мне их ставить некуда.

— Никак нельзя. Без вашей подписи и накладной считается, что заказ не выполнен.

Еще через две недели Сашка спросит у матери:

— А тебе эти цветы сильно нужны?

— А тебе?

— Ну-у, если можно, — начал, улыбаясь, Сашка.

— Девчонкам? — подмигнула Ксеня. Ее сын не унаследовал отцовской стати, а пошел породой в бабушку Иру — это был живчик, мелкий, черноглазый, шустрый и невероятно обаятельный. И девочками он уже вовсю интересовался. — Бери, конечно. Даже не спрашивай.

Сашка оставлял один букет, пока тот был свежим, а все остальные уносил.

— Это кого ж ты так окучиваешь? — поинтересовалась Ксюха.

— Никого. Девочкам отдаю.

— Это каким девочкам? Ильинский, ты что, гарем завел? Ну-ка поподробнее!

— Мам, ну ты что, я деньги зарабатываю. И с девочками делюсь.

Оказалось, что Сашка Ильинский с фамильной предприимчивостью утилизировал букеты Панкова, сдавая их официанткам в ресторан гостиницы «Красная», а те продавали цветы из них поштучно, предлагая порадовать дам.

— Ах ты жук! — рассмеялась Ксеня. — Ты хоть не продешевил? Букеты-то хорошие!

— Мам, ну ты что, — улыбнулся Сашка. — Они же к ним накладную выдают. Вот я и сдаю вместе с накладной девочкам со скидкой в тридцать процентов и с доставкой. А все остальное — их заработок.

Точно как в ее отрочестве! Ксения расхохоталась и поцеловал Сашку в черную вихрастую макушку: — Мой сыночек! Моя кровь! — А потом с тоской подумала: «И как из него с такими талантами пианиста делать?»

На следующий день Ксеня сама позвонит Панкову:

— Есть способы остановить это цветочную атаку?

— Ужин, — ответит Илья Степанович и добавит: — Сегодня. Я зайду за вами.

За ужином они будут болтать и, как настоящие охотники, изучать друг друга. Да и пару столиков Ксениных знакомых с большим интересом будут за ними наблюдать. Вся Одесса спит под одним одеялом, и такую эффектную затянувшуюся осаду с удовольствием обсуждали в самых разных кругах — от силовых до торговых, делая ставки то на ее упрямство, то на его настойчивость.

Ксения отвечала кавалеру приветливо, но определенно продолжала держать дистанцию, пока к столику не подошла официантка с бутоньерками:

— Купите вашей даме цветочный комплимент.

Панков, не глядя на цветочницу, бросил:

— Давайте все!

Тут Ксеня поперхнулась шампанским и расхохоталась:

— Нет уж! Не надо свои цветы второй раз оплачивать! — И рассказала историю про предприимчивого сына. — Кстати, я именно поэтому позвонила. Наживаться на романтике не лучший способ, хотя… — она оглянулась на изумленную официантку, — вполне прибыльный.

Вот тут настоящий охотник Панков и сделал свой меткий выстрел:

— И что, с такими коммерческими способностями вы хотите из пацана сделать музыканта? Это же не профессия!

— Ха, а Эмиль Гилельс? А тот же Утесов?

— А сколько кроме Гилельса выпускников в год в Столярского и в консерватории, а? И Гилельс, между прочим, с Утесовым музыку обожают. Что-то я сомневаюсь, что ваш сын сходит с ума по гаммам.

Вот оно! Попал! Зацепил! Он уже увидел это по глазам Ксюхи.