Читаем Нет святых в аду полностью

Он переступил порог своего кабинета. Как всегда, Ванда уже вскрыла и положила ему на стол почту. Хенсону хотелось позвонить ей, попросить зайти, чтобы только посмотреть на нее, но он удержался. Он позовет ее в десять тридцать и даст какое-нибудь поручение, чтобы она смогла переехать. А вечером они поговорят серьезно. Он придумает что-нибудь до возвращения Ольги. Благодарение богу, старая дама вовремя собралась умирать.

Хенсон просмотрел почту. Одно письмо заинтересовало его. Оно было отправлено из Порту-Амелии в Мозамбике, португальской колонии в Африке. Джонни Энглиш словно читал его мысли. Он еще раз повторял Хенсону, что считает его слишком крупным инженером, для того чтобы провести всю жизнь во вращающемся кресле. Джонни владел небольшой концессией в Мозамбике. Он предлагал Хенсону пост директора, как только он (Джонни) обзаведется необходимыми материалами для эксплуатации.

Хенсон сунул письмо под угол бювара. Он заработает там вдвое меньше, чем в «Атласе», но подобное предложение может все решить, если Ванда согласится жить в Африке.

Услышав, как дверь его кабинета отворилась от резкого толчка, он поднял голову. На пороге, размахивая огромным портфелем с документами, появился Джек Хелл. Владелец и начальник «Атласа» никогда не входил в помещение: он врывался, влетал, вламывался. В этом коренастом человеке с широкими плечами чувствовалась неисчерпаемая энергия. Выглядел он лет на пятнадцать моложе своего возраста.

— Ну, как дела? — резко бросил он.

Хенсон ответил, что все идет хорошо.

— Мамаша Ольги еще не умерла?— продолжал Хелл.

— Пока нет. По крайней мере, Ольга еще ничего не сообщила.

Хелл пожал плечами.

— Все мы туда отправимся в один прекрасный день,— заметил он, швыряя портфель на стол,— Будьте добры, суньте его в сейф.

Хенсон посмотрел на портфель,.

—Что там такое?

Хелл удовлетворенно улыбнулся.

— Надеюсь, что мост через Босфор. Я завтра лечу в Стамбул. И у меня такое впечатление, что некоторые личности в Турции потратят кучу денег.

—Словом, бизнес.

— Совершенно точно. Здесь, внутри — дел на двести тысяч долларов.

—Вам нужна расписка?

Как всегда, Хелл очень торопился.

— Если я потребую ее от вас, вы пожелаете все проверить и сосчитать,— ответил он.— Сколько сейчас в сейфе?

Хенсон быстро прикинул в уме. Сегодня четверг. «Атлас» производит выплаты в пятницу. Существовало шесть верфей в Чикаго и две на востоке Сент-Луиса.

—Около полумиллиона долларов, — сказал он.

Большой начальник хмыкнул:

— Лишние двести тысяч погоды не сделают. А потом, что же, ведь мы уверены...— Хелл нажал на одну из кнопок, расположенных на столе Хенсона, и продолжил: — Вы не окажете мне услугу? Пошлите вашу секретаршу взять мне билет до Стамбула. На завтра, на любой час!

Ванда открыла дверь из маленькой приемной, где она печатала на машинке.

— Вы звонили, сэр?

— Это я звонил,— объяснил Хелл, доставая из бумажника банкноты. — Поезжайте и купите мне билет до Стамбула на завтра. Можно на любой час, но лучше после двух.

— Хорошо, сэр.

Хенсону очень понравилось, что Ванда снова надела очки и зачесала волосы Назад, Поручение Хелла облегчало ей задачу с переездом.

— Вероятно, вы потратите много времени,— добавил Хелл.— Так что не беспокойтесь, если , не успеете вернуться в контору до обеда.

— Хорошо, сэр. Большое спасибо.

Ванда взяла деньги, лежащие на столе, и вернулась в свою комнатку.

Джек Хелл тихонько присвистнул.

— Послушайте, ведь я ее не замечал! Снимите с нее очки, переделайте прическу— и получится отличная курочка. Вы видели ее мордашку и все прочее?

Хенсон закурил сигарету.

— Мисс Галь— моя секретарша уже три месяца.

— И вы никогда не пытались?..

— Я женат.

— Ну и что?— рассмеялся Хелл.— Боже мой! Если бы моя жена имела столько жемчужин в своем ожерелье, сколько у меня было разных девушек, она могла бы повеситься на нем! Ответьте мне, Ларри,— проговорил он, усаживаясь на край стола,—работа в конторе для вас не слишком заманчива? А?

— По правде сказать — не слишком,— произнес Хенсон.

— И по-моему, тоже: мы просто губим хорошего инженера. Я вам объясню, что я собираюсь сделать. Как только Ольга вернется, вы побеседуете с ней. Если мне удастся заключить контракт на Босфор и Ольга согласится прожить три года в Турции, я назначу вас главным инженером и руководителем всех работ с содержанием... Сколько вы сейчас получаете?

— Двадцать четыре тысячи в год.

— Хорошо. Тогда, скажем, двадцать семь тысяч и еще навар. Вы — самый подходящий человек. И я уверен, что вы будете отличным начальником.

— Спасибо.

— Только поговорите с Ольгой.

— Понятно. Когда она вернется.

— А где ее мать собирается умирать?

— В Перу, штат Индиана.

— Там я еще не работал. Но я построил пятнадцать километров дорог в Вабаче, чуть не сдох там и совсем прогорел.

Если он не врал, то это был редкий случай, когда Хелл потерял деньги.

— Когда малышка вернется, пришлите билет мне,— сказал он, направляясь к двери.

— Непременно.