Читаем Нет дыма без огня полностью

Забыв о том, что ей следует держаться с достоинством, Лара рассмеялась. Он не походил на преступника, но уж грешником был обязательно. И вряд ли этот человек опасен для окружающих, разве только для неравнодушной к его чарам женщины.

— Вот как, значит, докторша не такая уж надутая. Она умеет улыбаться. И у нее славная улыбка. — Прищурившись, он вкрадчиво спросил:

— А что еще у нее есть хорошенького?

Теперь пришло ее время скрестить руки на груди.

— И что, такой подход всегда срабатывает?

— Я всегда считал, что мужчине и женщине нечего разводить разговоры.

— Вот как?

— Зачем тратить силы и время. Лучше их использовать на другие вещи.

— Смею спросить на какие?

— Дерзайте. Меня нелегко смутить. А вас?

Лара забыла, когда с ней в последний раз флиртовал мужчина. А сама она флиртовала вообще в незапамятные времена. Это было приятное ощущение. Пусть даже всего на несколько минут. И тут ее осенило, что врачу запрещается даже самое безобидное кокетство. Ее улыбка стала неуверенной, а потом и вовсе исчезла. Она выпрямилась, вспомнив о своих профессиональных обязанностях, — Не забудьте свою рубашку, — сухо произнесла она.

— Выбросьте ее в мусор. — Он сделал шаг в сторону и тут же вновь привалился к столу; его лицо исказилось от боли. — Черт побери!

— Что еще такое?

— Проклятая лодыжка. Нога подвернулась, когда… Наверное, растяжение.

Лара присела на корточки и осторожно закатала правую штанину его джинсов.

— Господи! Почему вы мне об этом не сказали сразу?

Лодыжка распухла и побелела.

— Я истекал кровью, как прирезанная свинья. Это было поважнее. Ничего, все уладится. — Он наклонился, оттолкнул ее ощупывающие руки и опустил штанину.

— Вам необходимо сделать рентген. Возможно, это перелом.

— Нет.

— Вы ничего не понимаете в медицине.

— Верно. Но у меня большой опыт, я могу распознать перелом.

— Я не могу взять на себя ответственность…

— Расслабьтесь, пожалуйста. Я не собираюсь возлагать на вас какую-либо ответственность. — Без рубашки, босиком, он проковылял до двери, через которую вошел в дом, — Может, перед уходом вымоете руки? — предложила она.

Он посмотрел на свои испачканные кровью ладони и помотал головой.

— Они бывали и грязнее.

Лара почувствовала, что не исполнила до конца свой врачебный долг. Но он — взрослый человек, отвечающий за свои поступки. Она сделала все, что он позволил ей сделать.

— Не забывайте принимать антибиотик, — напомнила она и, пригнувшись, скользнула под его правую руку, подставив свое плечо.

Пикап стоял рядом с верандой. Передние колеса въехали на клумбу недавно посаженных ею петуний.

— У вас есть костыли?

— Если понадобятся, найду.

— Не сомневайтесь, понадобятся. Постарайтесь несколько дней не опираться на правую ногу. Дома положите на лодыжку грелку со льдом и держите ногу по возможности приподнятой. И не забудьте прийти….

— Завтра в четыре тридцать. Не забуду.

Она подняла голову и посмотрела на него. Он, в свою очередь, склонил голову набок, чтобы посмотреть на нее. Их взгляды встретились. Лара ощущала тепло его мускулистого и крепкого тела, понимая, что такой жизнеспособный организм быстро справится с любыми ранами. Он был образцом физического здоровья, и она пыталась, не всегда успешно, смотреть на него только глазами врача.

Он напряженно ее изучал, рассматривал лицо, волосы. Низким хрипловатым голосом заметил:

— Могу поклясться, что я никогда не видел такого доктора. — Его рука скользнула с ее плеча на бедро. — Да и на ощупь вы совсем другая.

— А каким должен быть доктор на ощупь?

— Ну уж совсем не таким, как вы, — продолжал он, осторожно трогая рукой ее тело.

Он поцеловал ее. Дерзко, стремительно прижался губами к ее губам.

Онемев от неожиданности, Лара высвободилась, из объятий. Сердце стучало изо всех сил, ей стало жарко. Десяток способов, как выйти из положения, промелькнули у нее в голове, но лучше всего, поспешно решила она, будет притвориться, что поцелуя не было. Не стоит придавать ему большого значения. Заговори она о поцелуе, придется подробно обсуждать с ним это событие, чего, она точно знала, не следовало делать.

Спокойно, безо всякого волнения, Лара спросила:

— Вас куда-нибудь подвезти?

Он широко улыбался, всем своим видом показывая, что от него не укрылось ее смятение.

— Спасибо, не надо, — отозвался он. — Пикап с автоматической передачей. Я могу управлять одной левой ногой.

Она отрывисто кивнула.

— Если я узнаю, что этой ночью было совершено какое-то преступление, мне придется известить о вашем случае шерифа Бакстера.

Смеясь и одновременно морщась от боли, мужчина сел за руль пикапа.

— Не беспокойтесь. Вы не нарушили закона. — Он завел мотор, включил скорость. — До встречи, док.

— Будьте осторожны, мистер…

— Такетт, — крикнул он через открытое окно. — Можете называть меня Кей.