Читаем Несущие кони полностью

Эта присущая только ей белизна кожи, напомнившая в разгар лета о прохладе льда, ее лицо в рамке скрывающих уши черных как смоль волос и ворота кимоно, безмятежное, будто весенний пейзаж. Под влажно блестящими, живыми глазами легли едва заметные сумеречные тени. Шнур, державший пояс, был схвачен нефритовой пряжкой — темно-зеленой рыбкой. Зеленый блеск камня придавал строгость довольно свободной одежде. За невозмутимостью скрывалось напряженное изящество, по бесстрастному лицу невозможно было понять, опечалена она или насмешливо улыбается.

Макико, не взглянув в сторону Исао, прошла на место свидетеля. Теперь Исао видел только ее, скорее чужую линию спины и круглый узел пояса.

Председатель, согласно правилам, зачитал ей слова клятвы: «Клянусь говорить правду, и только правду», Макико твердой рукой подписала переданный ей текст, потом, достав из рукава кимоно футлярчик, с силой прижала к бумаге тонкую печать из слоновой кости, потерявшуюся в ее изящных пальцах. Хонда со стороны заметил ярко-красный оттиск, кровью мелькнувший в ее руках.

На столе перед Хондой лежал дневник Макико, который она разрешила предать огласке. Хонда привлекал его в качестве письменного свидетельства. Он просил разрешения представить Макико суду в качестве свидетеля, но не мог предугадать, как поведет себя легко согласившийся на это председатель суда.