Читаем Несладкий сон полностью

Тем не менее, мои усилия приносили плоды. Мне удалось успокоить Нриза, дать ему прочувствовать радость хорошего сна, желание в этот сон снова вернуться. Сны редко когда бывают правдивы, но мне пришлось пройти по очень тонкой грани — ведь сновидения госпожи являются не ложью, а фантазией, не обманом, а игрой воображения. Они призваны не заводить туманными тропами в болотную трясину, а рассказывать интересные истории, приносить озарения, приводить к правильным решениям и делать человека лучше. С формальной точки зрения я делал Нриза лучше, вот только… в божественных материях формальная точка значения почти не имеет.

В итоге мне удалось донести до Нриза определённый набор мыслей, не запятнав окончательно свою связь с богиней. Удалось остаться паладином благословенной госпожи, но при этом добиться желаемого. Пусть во рту долго стоял вкус прогорклого масла, а слух улавливал мерзкий диссонанс скрежета металла по стеклу, но Нриз всё-таки обратился к Эгору и получил доступ к Библиотеке. Первый, или даже нулевой этап моего плана пришёл в движение. Я совершил шаг по дороге длиной в тысячу ли.

* * *

Если бы существовали какие-то приборы по измерению счастья, то сейчас, в присутствии Нриза, они бы зашкаливали. Он не сказал бы, что ему больше нечего желать — о нет, в мечтах он не сдерживался, воображая себя надёжной правой рукой Хозяина, верным безотказным инструментом и полезным помощником. Но он был не из тех, кто не ценит воробья в руках, разглядывая голубей, гнездящихся на крыше! К тому же, это был завидно крупный воробей!

Получив одобрение Хозяина, Нриз порхал, словно этот самый голубь. Он тут же бросился в Библиотеку и провёл там целый день, одну за другой «заглатывая» книги. Одобрение Хозяина придавало сил, помогало терпеть любую боль и выносить любой голод. Впрочем, голод не только отвлекал, но и замедлял процесс усвоения информации, так что Нриз отдал приказ Таагу-18, чтобы тот принёс с кухни что-нибудь покалорийней. Так как все книги являлись материализованными проекциями, Нриз не боялся испачкать их едой, ну а пятна и крошки на полу со временем уничтожались стандартными рутинами Цитадели.

Первой областью, к которой он прильнул, являлась медицина. Разумеется, ветеринарная. Она тесно переплеталась с химерологией, но последняя Нриза пока волновала мало. Хозяин пусть и не отдавал приказ, но уж точно порекомендовал позаботиться о себе самому. Ну а раз по меркам этого мира человек с Земли технически от животного отличался незначительно, то и многие ветеринарные методики оказались вполне к нему применимы.

Оказалось, про существование ДНК тут прекрасно знали, более того, существовала не слишком сложная магическая техника под названием «секвенирование», расшифровывающая последовательность аминокислот и нуклеотидов. Она являлась одним из базовых приёмов химерологии — без неё соединять геномы разных существ было можно, но гораздо сложнее. Земной аналог генной инженерии тоже существовал.

После того, как Нриз вызвал одобрение Хозяина, многие старые сомнения развеялись, словно их и не было. Теперь перед ним замаячила перспектива в действительности стать полезным. Но увы, срок его жизни подходил к концу, даже по самым оптимистичным оценкам жить ему оставалось не более тридцати-сорока лет. Хозяин недвусмысленно намекнул, что пусть он и может решить эту проблему, но делать этого не собирается, а значит, поиском решения требовалось заняться самому.

Ветеринарная медицина давала все нужные ответы. Проблема заключалась в том, что эти ответы Нризу совершенно не понравились.

Животные-долгожители существовали, их производство являлось хорошо налаженным процессом. Причём, обработке подвергались не служебные виды, типа различных сторожевых или тягловых животных, а домашние любимцы. Служебным видам и породам животных требовалась, прежде всего, эффективность, а долгий срок жизни зачастую вступал с нею в конфликт. Возможно, истинной причиной конфликта являлось получение прибыли — создание тяглового ящера, который будет служить десятку поколений крестьян, являлось экономически нецелесообразным. Впрочем, это было догадками Нриза, ведь экономические аспекты в книгах не затрагивались.

В любом случае, этот путь для Нриза оказался закрыт. Как и земная генная инженерия, химерология мира Итшес вносила изменения на этапе эмбриона, а взрослое животное, с его десятками триллионов клеток, было неподвластно магии. Существовали структуры, способные скорректировать генетический дефект уже взрослого существа, рекурсивно изменяя сегмент ДНК в каждой клетке организма, но они были сложными, ненадёжными, вызывали у животного дикую боль и имели высокую вероятность фатального исхода. Достраивать же укороченные с возрастом теломеры было чревато вспышкой быстро развивающегося рака — патологии, тоже присущей только животным, ведь даже ничтожно слабый магический дар уничтожал раковые клетки на этапе зарождения.