Мир распадался, растаяв, практически полностью исчезнув. Напоследок я взглянул в глаза Ирулин, испытывая благодарность и любовь. Пусть мне не суждено решать, как жить, зато остаётся выбор, как умереть. И всю оставшуюся жизнь, сколько бы мгновений в ней не осталось, я посвящаю тебе, Владычица Грёз, Хозяйка Сновидений, Ночной Проводник! Ты дала мне больше, чем кто угодно в этом проклятом незнакомом мире. И в благодарность за это я умру с твоим именем на устах!

— Ирулин! — закричал я, открывая глаза. Сквозь сонную одурь я рассмотрел свою комнату в Цитадели Ашрад, странную скульптурную композицию и голема Тааг-18, неподвижно застывшего в углу. А потом меня не стало.

Глава 6

Акколада

Нриз не мог припомнить, когда бы ему снился настолько реалистичный сон. Как и положено снам, в нём происходили странные и абсолютно непостижимые вещи. Впечатления от предыдущего дня: возвращение Хозяина, восхитительные подарки, а впоследствии и странная галлюцинация на экране видеокамеры заставили подсознание совершить совсем уж небывалые кульбиты. Сон получился не только странным, но и очень пугающим. В этом сне он даже не был самим собой, ведь не может же он Хозяина не просто не любить, но даже вообще ненавидеть.

Нриз наскоро оделся и умылся, привёл в порядок свою седую шевелюру и срочно отправился на поиски господина. Во-первых, существовала вероятность, то тот закончил со своими делами и ему хочется о чем-то поболтать, а во-вторых, следовало рассказать о сегодняшнем сне.

Ещё Нризу очень не нравилось, что индикатор батареи камеры показывает меньше трети заряда, эту проблему тоже следовало решить.

Нриз позвал за собой Таага, сунул камеру в карман и побежал на поиски господина. Он сначала сунулся в лабораторию, затем в библиотеку, а когда не застал Хозяина ни там, ни там, подал запрос Цитадели. Очевидно, что этим следовало заняться с самого начала, так как Хозяин оказался в столовой.

Нризу и самому хотелось есть, но завтрак пришлось оставить на потом — текущие дела не терпели отлагательств. Он потешил себя сладкими фантазиями приёма пищи в компании Хозяина, но быстро вернулся к реальности — тот никогда не позволял есть с ним за одним столом.

Нриз поднялся на лифте, прошёл через галерею и направился в место, где Хозяин чаще всего любил принимать пищу. Как и ожидалось, тот сидел за длинным столом, ел, изящно орудуя столовыми приборами, и задумчиво смотрел сквозь стеклянную стену столовой на грозовые разряды вдали от Цитадели.

Утренний сон почему-то напомнил о прошлой жизни, поэтому Нриз в очередной раз отметил, насколько столовые приборы мира Итшес напоминают земные. Ложки и вилки отличались от земных лишь слегка иной формой, кончик столового ножа был острым и раздваивался, а шархаш — дополнительный столовый аксессуар — представлял собой китайские палочки для еды, только металлические.

Нриз остановился и занялся любимым делом — наблюдением за Хозяином. Тот как раз заканчивал с трапезой: в одной руке держал бокал вина, а в другой сжимал шархаш, и с его помощью ловко подхватил с блюда кусок синеватого сыра.

Он поднёс сыр ко рту, но внезапно остановился и бросил на Нриза недовольный взгляд.

— В чём дело?

Нриз решил начать с самого важного:

— Хозяин, мне сегодня приснился сон!

— Да? Восхитительно! Как я рад, что ты осчастливил меня такой вестью!

— Правда? — обрадовался Нриз.

— Конечно же нет, идиот! Ты не мог подождать, пока я поем?

— Простите! Я не хотел… Не думал, что помешаю!

— Я знаю, что ты не очень умеешь думать. Так что же за сон, который ты посчитал столь важным, что решил испортить мне завтрак?

— Ну, во сне я был… Вернее, не был… Или это был не я? И там были облака! И пустота!

Нриз пытался рассказать о своих впечатлениях, но с ужасом понял, что из того, что происходило во сне, не помнит абсолютно ничего, кроме каких-то отдельных обрывочных образов.

— Я во сне был не я!

— О, это действительно важно! — хмыкнул Хозяин. — Ты — это не ты. А я — это не я. А мой завтрак — это не мой завтрак. И облака — не облака. И пустота, как у тебя в голове.

— Хозяин, мне казалось очень важным, но я почему-то ничего не помню!

Господин глубоко вздохнул, отставил бокал и положил палочки.

— И ты пришёл, чтобы сообщить мне, что что-то не помнишь? Что забыл свой сон, как это делают все люди, просыпаясь? Когда вспомнишь что-то важное, а под «важным» я подразумеваю не твои личные переживания, а что-то касающееся меня или Цитадели — тогда приходи. Ну а сейчас убирайся! А я пока-что попробую спасти свой завтрак.

Нриз, пряча навернувшиеся слёзы, резко развернулся и выбежал из столовой.

* * *