Читаем Несладкий сон полностью

Тааг-18 воспользовался малой печатью, которую выдал Хозяин, и которой Нриз сразу же после того памятного разговора навесил на самого голема постоянный маркер «свой». Даже сквозь улучшенный визор Нриз едва смог заметить, как сквозь одну из передних лапок в пол ушла тонкая нить элир — пакет запроса.

Ждать пришлось недолго. Огромные ворота большой мастерской, в которой Нриз производил подготовительные работы, распахнулись, и в них, тяжело шагая, протопал голем Кирутал. За ним неторопливо зашёл Ирвиз, из-за спины которого скользнула змея Оолин. Нриз отдал распоряжения и големы двинулись каждый к своему стенду.

Оолин прополз в трубу, которую из-за ненужной сложности Нриз обозвал «ди Вурст», Кирутал встал на платформу, напоминающую сваренный из швеллеров навес для автомобиля, а Ирвиз зашёл в вертикально стоящий «гроб» слегка модифицированного стандартного сканера.

Нриз вызвал управляющие окна и трижды отдал команду начала сканирования.

Раздался едва слышный гул, вспыхнули ярким бело-зелёным светом кристаллы эффекторов, и по големам прошлась видимая только в магическом диапазоне волна. На экранах появились предварительные внутренние структуры.

В отличие от Таага-18, этим големам требовались лишь минимальные доработки. Не было ни нового, ни усовершенствованного оборудования, дополнительных манипуляторов, инструментов или сенсоров. Материальная часть оставалась той же самой, за исключением незначительной детали — кристалла резервирования. Ну а различия в магической части носили локальный характер. Поэтому Нризу требовался чистый эталонный образ немодифицированного голема. От каждого экземпляра серии нужно было сохранить лишь те части управляющей матрицы, что отвечали за самоидентификацию и накопленные данные. Вряд ли Хозяину понравилась бы идея получить абсолютно идентичных големов, не имеющих представления о своём месте в боевом расписании, да ещё и откликающихся на одинаковый позывной, что исключало возможность Цитадели стратегически распоряжаться имеющимися силами.

Нриз поднял руку. Пальцы его перчатки сплели потоки элир, передавая длинную череду заранее подготовленных команд. Он с удовлетворением кивнул, заметив, как части структурных схем големов окрашиваются в жёлтый цвет, а рядом с ними появляется глифы «магия» и «исключение». Он ещё раз проверил и перепроверил свою работу. Но и на первый, и на второй, и на третий взгляд всё оказалось правильно. Теперь часть, общая для големов одной серии запишется в кристалл, а индивидуальные отличия будут считаны с каждого голема во время инициации. Копирование дополнительных магических потоков вещь простая, а значит, энергетические затраты почти не увеличатся.

Нриз повёл пальцами отдавая приказ на окончательное сканирование.

Кристаллы засветились ещё сильнее, волны элир, пробегающие по големам, стали гораздо более частыми. Затем они сменились белыми плоскостями, медленно идущими сверху вниз (в случае с Оолин плоскость шла поперёк корпуса — от головы до хвоста). Плоскости просветили големов несколько раз, после чего погасли. Сияние кристаллов померкло и сканеры вернулись в дежурный режим.

Нриз сверился с окнами, вновь проверяя работу. Как и ожидалось от оборудования Хозяина, стационарные сканеры справились безупречно, затратив в десятки, а то и сотни раз меньше элир, чем ушло на построения первичной резервной структуры Таага-18, и несоизмеримо меньше времени.

Он отдал следующий приказ, и фабрикаторы, стоящие в дальнем краю мастерской, ожили, начав изготовление всей партии кристаллов. Как только готовый кристалл покидал поле фабрикатора, его подхватывали потоки магии и укладывали на специализированный верстак, где на него опускался энерговод и, расплетаясь на множество одиночных волокон, начинал внедрение готовой матрицы.

Нриз улыбнулся иронии ситуации. Именно такие энерговоды он использовал при модификации Таага-18 в качестве конечностей. И если бы кто-то увидел, для чего используется столь универсальный и дорогостоящий прибор…

Нриз одёрнул себя и прервал ненужные мысли. Хозяин дал разрешение — это единственное, что имеет значение. К тому же, в Цитадели Ашрад не бывало случайных гостей.

Энерговод закончил внедрение матрицы, подхватил кристалл и уложил в специальный ящик. На освободившееся место скользнул следующий кристалл. Два соседних фабрикатора делали то же самое с противоестественной синхронностью.

— Тааг, это надолго! — заключил Нриз. — К тому же, мы тут пока не нужны.

Словно услышав слова Нриза, големы Кирутал, Ирвиз и Оолин сдвинулись с места и направились к воротам мастерской. Нриз с Таагом-18 направились следом. Подготовительные работы были завершены, оставался последний, финальный этап.

* * *

Нриз очень часто задавался вопросом, почему ни одно из дел, за которые он брался, не увенчивалось полным успехом? Почему всегда, в любом деле, оказывался какой-то фактор, который он не учёл, какой-то нюанс, который он упустил?