Читаем Нескромное пари полностью

— Мама, спасибо тебе, — пробормотала Сэм и схватилась за голову: — Какой позор! Я теперь никогда не смогу смотреть в глаза всем этим людям.

— Да, кажется, этот Сочельник у нас будет особенным, — пытаясь приободрить ее, улыбнулась Элен.

Четверть часа спустя они вернулись в дом. Не успели они набрать номер «скорой помощи», как у Сэм начались схватки.

— Ох, — простонала она. От боли у нее было перекошено лицо. — О, черт, началось.

— Все хорошо, дорогая, — испуганным голосом пролепетал Уилл.

— Не волнуйся, дыши, — велела Элен. — Я сейчас же вызову «скорую».

Сэм полулежала на диване, рядом с ней приютился Уилл, а беспомощные Флин с Чарльзом топтались напротив.

— Большое вам спасибо за заботу, — проворчала в перерыве между схватками Сэм. — Но не надо так на меня смотреть. Я чувствую себя музейным экспонатом.

Чарльз смутился и потянул Флина за рукав:

— Пошли. Твоей сестре нужно немного пространства.

Прибывшие врачи заявили, что Сэм должна немедленно ехать с ними, если у нее отошли воды.

— Слава богу, — вздохнул Чарльз, когда Уилл уехал в больницу вслед за Сэм и Элен. Взглянув на своего сына, Чарльз предложил выпить виски, чтобы успокоиться. Флин стоял рядом с отцом и гадал, сколько же времени потребуется Сэм, чтобы родить. А потом они, устав волноваться, решили пойти лечь спать.

Ребенок появился рождественским утром только после семи. Элен позвонила из больницы и сообщила Чарльзу новость: у Сэм родилась девочка, никаких осложнений не было. Сэм чувствовала себя хорошо. Ребеночек был здоровым и весил семь фунтов шесть унций, хотя появился на неделю раньше положенного срока.

— И что дальше? — спросил Флин отца, который стоял в прихожей в трусах и футболке и дрожал от холода.

— Хм, толком не знаю, — пробормотал Чарльз. — Думаю, надо ждать, что нам скажут.

Это было самое необычное Рождество в жизни Флина. У рождественских каникул был свой четко заведенный порядок: полуночная месса, рождественский завтрак, обмен подарками, ланч, речь королевы по телевизору и так далее. Но на этот раз Флин и его отец уже к завтраку полностью растерялись.

— Думаешь, я должен что-нибудь приготовить поесть? — с сомнением спросил Чарльз своего сына. — В кладовой есть индейка. Может, нам ее нафаршировать и запечь? Как там обычно делает мама?

— Не знаю, — пожал плечами Флин. — Слушай, как по-твоему, когда они приедут из больницы?

— Думаю, твоя мать скоро появится, да и Уилл обязательно сегодня вернется, но Сэм скорее всего на пару дней задержится в больнице.

— Хм, — задумчиво протянул Флин. — А когда мы сможем пойти посмотреть ребенка?

— Твоя мать сказала, что позвонит, так что нам надо просто сидеть и ждать.

Наконец Элен позвонила и велела им быть в больнице через час. А потом она собиралась вернуться вместе с ними домой, чтобы немного отдохнуть. Чарльз и Флин очень удивились, когда услышали, что Сэм с ребенком могут приехать домой уже к полудню. Что же касается еды, то Элен попросила их начать приготовления, чтобы потом устроить праздничный ужин. «Мы отпразднуем сразу два дня рождения», — добавила она.

— А, ну да. Конечно, — промямлил Чарльз, который в отличие от своей жены не был набожным.

Первым, кого они увидели в больнице, был Уилл. Он выглядел изможденным, но удачное завершение всех треволнений было для него величайшим облегчением. От счастья Уилл, что совсем было ему несвойственно, начал всех обнимать, даже Чарльза, который не привык к таким открытым проявлениям симпатии, а потому лишь нервно похлопал зятя по спине. Флин был потрясен, каким крошечным и розовым оказался ребенок. Малыш лежал в безопасности на руках Сэм. «А Сэм, — подумал Флин, — выглядит умиротворенной и довольной. Суровое испытание для нее теперь позади».

— Удивительно думать, — поделился с ней Флин, разглядывая крошечный кулечек, — что вот это сделала моя старшая сестренка.

Сэм сияла.

— Мы хотим назвать ее Эмили, — с гордостью сказала она, а потом наклонилась к дочери и проворковала сладким голосом, какого Флин от нее никогда прежде не слышал:

— Это дядя Алек, да-да-да, и он будет самым лучшим дядюшкой на свете, самым лучшим дядюшкой!

Флин снова встретился с Джорди через два дня. День Рождества Христова наступил. Элен очень устала, но все они честно помогали ей приготовить рождественский ужин. Чарльз даже самостоятельно потушил брюссельскую капусту, выслушав подробные указания своей терпеливой жены. Родители Уилла приехали на второй день Рождества, и в доме начался настоящий кавардак. Элен так и не успела толком отдохнуть и начала раздражаться, потому что считала, что должна как-то развлекать родителей Уилла, которые нагрянули так нежданно-негаданно. Чарльз пытался помочь, но только путался под ногами, а Уилл все еще, казалось, не пришел в себя после случившегося.

— Да, это гораздо лучше, чем мое Рождество, — засмеялся Джорди, когда они отправились в долгий путь до Шотландии.

Брат Джорди все еще был в Боснии, а потому, за исключением ежегодной вечеринки с коктейлями у Хаверсов, праздники Джорди провел с родителями и еще одним каким-то родственником.