— А вот и она, старик, — похлопывая Джорди по спине, ухмыльнулся Флин.

Это на самом деле была она. У Джорди голова пошла кругом. От волнения он весь затрясся.

— Привет, Джорди. Это Молли. Извини, меня не было дома, когда ты звонил.

— Да ничего, не важно. Спасибо, что перезвонила. Как дела?

— В порядке, спасибо. Как сам?

— Спасибо, отлично. Молли?

— Да, Джорди?

— Я тут хотел узнать, может быть, если ты не занята, мы могли бы сходить куда-нибудь в субботу?

— Нет, я не занята. Так, дай-ка подумать, в эту субботу… Нет, точно не занята.

— Я подумал, здорово было бы куда-нибудь сходить.

— Да-да, конечно!

Пока все шло отлично.

Джорди ненавязчиво предложил ей встретиться в Ричмонде[23]. Он думал, было бы так романтично побродить вдоль берега реки, перекусить где-нибудь, а потом, возможно, сходить в «Хам-Хаус»[24]. К его огромному удовольствию, Молли была согласна, и они договорились встретиться на вокзале Ричмонда в субботу в полдень.

Повесив трубку, Джорди чувствовал себя победителем.

— Да, моя милая крошка! — завопил он.

Она точно в него влюбилась. Или, по крайней мере, заинтересовалась им. Точно-точно. Был только понедельник. Надо как-то продержаться эти пять дней. А еще он молился, чтобы суббота выдалась солнечной.

Его тайская еда остыла, а Флин с Джессикой уже успели поужинать.

— Отлично, только этого мне не хватало, — печально заметил Флин. — Свихнувшийся от избытка чувств сосед.

— Это просто здорово, — заключила Джессика, а потом стала размышлять над собственной жизнью.

Несмотря на все ее уверения, ей нравилось внимание со стороны Томми. Может, ей отправиться в субботу на матч по крикету, чтобы там с ним встретиться? Она могла бы попросить Люси пойти вместе с ней, чтобы было с кем поболтать, пока мальчики соревнуются на поле. Матчи по крикету могут быть довольно забавным зрелищем, если погода теплая и солнечная и если на трибунах собирается много знакомых. Добавить ко всему этому бутылку-другую вина — и можно надеяться, что выходной пройдет отлично. Она чувствовала, что это великолепный план, и в предвкушении улыбнулась сама себе.

Глава 7

Деньги, точнее — их отсутствие

Несмотря на чудовищное количество происшествий, что стряслись с ним с тех самых пор, как он последний раз был в офисе, Флин, вернувшись на работу, обнаружил, что там мало что изменилось. Будто он вообще никуда не уезжал. Спасибо Тиффани, которая регулярно проверяла его электронную почту и автоответчик и аккуратно разбирала документы в его корзине для входящих бумаг. В тот день, когда он вышел из отпуска, ее в офисе не было, но стоило ей прийти, как она тут же подскочила к его столу и одарила Флина своей искрящейся радостью улыбкой.

— Привет, с возвращением! Как все прошло? Давай, расскажи мне скорее, а то я умру от нетерпения.

— Отпуск хуже некуда. Сущий кошмар, — снова почувствовав себя униженным, признался Флин.

— О нет, не может быть.

Она сидела на краешке его стола, длинная юбка закрывала ее ноги до самых щиколоток; на ней были летние шлепанцы на толстой резиновой подошве, которые сейчас болтались на кончиках пальцев.

— Не знаю, хватит ли мне сил все тебе рассказать. Мне как-то неловко.

На самом деле Флину было более чем неловко, но почему-то он не мог не улыбнуться, глядя на то, с каким сомнением во взгляде она уставилась на него.

— О, Флин, ты просто обязан рассказать!

Он уступил и рассказал ей отредактированную для Джорди версию.

— Ну вот, как сама понимаешь, я почти рад возвращению на работу.

— Как жаль. Та еще стерва, право слово. — На мгновение Тиффани закусила верхнюю губу, а потом добавила: — Ну, я рада, что ты вернулся. Тут без тебя была смертная тоска.

Это ее заявление было таким неожиданным, таким искренним, что у Флина сразу поднялось настроение. Это были самые теплые слова, которые ему говорили за многие годы.

— Спасибо. И отдельное спасибо, что прибралась на моем столе.

Больше никто его особо не расспрашивал об отпуске. Мартина сказала:

— Ничего себе! И как тебе удалось так загореть?

Но она так и не спросила его, как он отдохнул, все ли у него в порядке, и к обеду все уже успели забыть, что он вообще куда-то уезжал.

Еще Флин позвонил в свой банк, чтобы заказать новую карту и договориться забрать из ближайшего к нему филиала тридцать фунтов. Этой суммы обычно на неделю было маловато, но Флин надеялся, что это поможет ему научиться более разумно тратить деньги. К концу рабочего дня он решил еще раз позвонить в свой банк и проверить баланс. Лучше бы он этого не делал. На счету оставалось всего двадцать шесть фунтов и одиннадцать пенни. Если он снимет на пенни больше, то превысит кредит. От этого откровения Флин опять впал в уныние. Оказывается, он потратил почти все свои сбережения, хотя был уверен, что у него в запасе никак не меньше ста фунтов. И как он мог быть таким беспечным? Но, несмотря на столь печальное известие, придется как-то дотянуть до зарплаты, потому что, увы, деньги он печатать не научился.

— Если тебя это хоть как-то утешит, то я тоже на мели, — позже призналась ему Тиффани.

— Серьезно?