Читаем Несекретные материалы полностью

Да, невероятные фантазии и стоят невероятно. Теперь поеду домой обрабатывать домашних.

Но, к удивлению, ничего не пришлось придумывать. Только сели ужинать, как Кеша заявил:

– Сегодня ночью еду на недельку в Петербург.

– Зачем? – удивилась я.

– Пригласили на процесс, – пояснил сын, – Зайка заодно прокатится, по музеям походит.

– Кешенька, любименький, миленький, возьми меня с собой, – моментально заныла Маня.

– Ни за что, – отрезал братец, – будешь без конца болтать и мешаться.

– Рта не открою, – пообещала Манюня.

– А колледж? – не сдавался Кеша. – Каникулы начнутся, тогда и съездишь.

– Кешик, ну, пожалуйста, – ныла Маня.

– Нет, и точка, – отрезал Аркадий.

Маруська опустила голову, крупные слезы закапали в тарелку. Дочка тихонько вздыхала и горестно шмыгала носом. Если сын чего не выносит, так это вида женских слез. Изо всех сил Аркадий крепился, но Машка продолжала «солить» котлеты, и он не вынес:

– Ладно, собирайся, но чтобы тихо себя вела!

– Ура! – завопила девочка, вскакивая и роняя стул. – Ура, наша взяла!

Она вихрем понеслась в спальню складывать сумку. Из холла немедленно послышался визг Банди – питу отдавили хвост. В душе я тоже ликовала. Так, самые опасные уедут. Миша с Галей ни за что не заметят моего отсутствия, Ефиму дам «зелени», и старик кинется в казино, Ирка с Катериной привыкли, что хозяйки целый день нет дома. Впрочем, в девять вечера они запираются в своих комнатах и сначала самозабвенно смотрят новости, а потом детективы. Няня близнецов Серафима Ивановна так устает от безобразников, что, уложив их в восемь спать, тут же падает в кровать. А сон у нее богатырский. Один раз, когда по дому носился, стреляя из пистолета, сумасшедший тип, она даже не проснулась!

И потом прислуга, как правило, не задает никаких вопросов хозяевам. Реально следовало опасаться только Зайки, Кеши и Машки, а они укатят в Петербург!

Я пришла в эйфорическое состояние и кинулась к сыну:

– Аркашенька, какой костюм возьмешь?

Сын подозрительно глянул в мою сторону.

– Мать, что за суета?

– Хочу помочь!

– Надеюсь, ничего не задумала провернуть в наше отсутствие?

– Господи, – испугалась я, – ну и мысли!

– Очень правильные соображения, – отпарировал Кеша, – иначе с чего бы ты так суетилась? Готова чемодан сложить и сама к двери тащить! Ох, не нравится мне такая забота, подозрительно как-то!

– Не хочешь, не надо, – изобразила я крайнюю обиду, – даже к машине не выйду, если тебя раздражает мое внимание!..

Но во двор я, конечно, вышла и долго махала вслед «Мерседесу» рукой.

Утром, едва проснувшись, позвонила в платную справочную и узнала, что «Стрела» благополучно прибыла в северную столицу. Чудненько, сейчас девочки отправятся в Эрмитаж, потом в Михайловский замок, объездят пригороды… А я помчусь в банки, снимать денежки со счета.

К полудню все великолепно уладилось. Необходимая сумма преспокойненько лежит в сумке, еще часть денег надежно запрятана под стельки туфель… Ефим Иванович, получив малую толику, тут же умчался прочь, Галя и Миша тихонько копошились в кабинете. Я заглянула внутрь: кучи листочков и безумный взор обрученных… Отлично, ничего не видят и не слышат. Катерина чем-то звякала на кухне, Ирка мирно жужжала пылесосом в Машиной спальне. Никем не замеченная, я выскочила во двор.

На этот раз Лола оказалась предельно деловита. Сначала аккуратно пересчитала деньги, потом спросила:

– Готовы?

– Хоть сейчас поеду.

– Вот и прекрасно, – произнесла хозяйка и протянула небольшой саквояжик, – переодевайтесь.

Я раскрыла «молнию» и брезгливо уставилась на атласный розовый лифчик, примерно четвертого размера, невероятные трусы с резинками и темные эластичные колготы. Заметив гримаску, Лола пояснила:

– Вы же не можете работать в зоне, одетая по парижской моде. Никто из сотрудников и заключенных знать не будет, кто вы на самом деле. Жить придется в общежитии, женщины любопытны, вдруг заглянут в чемоданчик к коллеге, а там дорогая одежда и косметика, сразу начнут подозревать во взятках, настучат начальнику… Не сомневайтесь, вещи абсолютно новые, просто неказистые.

Действительно, на уродском белье болтались бирки. Еще там лежали кое-какие теплые вещи, жуткая ночная сорочка и сумочка с дешевой, пахнущей вазелином косметикой.

Лола улыбнулась:

– Переодевайтесь, – и вышла в коридор.

Я моментально стала натягивать обновки, стараясь равномерно разложить толщинки. Наконец полноватая, бесформенная тетка была готова.

– Великолепно, – одобрила вернувшаяся хозяйка и протянула паспорт.

Я открыла документ – Елена Михайловна Казанцева, 1950 года рождения. С фотографии смотрела безвозрастная полноватая баба с дурацкой химической завивкой.

– Давайте ваш паспорт, – велела Лола.

Я насторожилась. Совершенно не хочу лишаться документа, подтверждающего иностранное гражданство.

– Зачем?

Лола терпеливо пояснила:

– Спрячу в сейф, мало ли что. Закончите отдыхать, верну.

– Ни за что!

– К сожалению, таковы правила, – неожиданно резко отреагировала хозяйка «Альбатроса», – не желаете подчиняться – забирайте назад деньги.

Со вздохом протянула ей синенькую книжечку. Лола резко сбавила тон и сообщила: