Читаем Несекретные материалы полностью

– Надо же, у меня есть точно такое же колечко!

Я повнимательней взглянула на ободок, украшающий изящную ручку Гали. Ох, сдается мне, это оно и есть, Зайкино колечко. Манюня, долго не раздумывая, позаимствовала драгоценность у невестки.

Камера тихо жужжала, Миша и Галя с обалдевшими лицами держались за руки. Волосы взлохмачены, у жениха выбилась из джинсов рубашка, у невесты оторвалась подпушка платья. Чудесная парочка! Плохо одно – у них есть шанс помереть голодной смертью. Сядут вычислять дурацкие уравнения, забудут про все на свете и…

– Сделаем целый фильм, – ликовала Маруся, – сначала обручение, потом свадьба, следом медовый месяц.

– Ну уж медовый месяц они без нас проведут, – сказал Кеша.

– А еще крестины, – не унималась Манюня.

Галя принялась медленно заливаться краской, Миша пребывал в отключке, его рука медленно поднялась вверх и принялась накручивать на палец прядь волос. Небось опять о задачах размышляет! Хотя в Машкиных планах нет ничего невыполнимого. Верещагина молода, еще тридцати не исполнилось, да и профессор не стар. Вполне вероятно появление крохотных математиков. Представив себе, как через несколько лет вокруг счастливых родителей будут бегать мальчик с девочкой, накручивая на пальчики спутанные кудри, я хихикнула и пошла в спальню. Надо хоть посмотреть, что лежит в украденном конверте.

Там оказались снимки. Отличные цветные фото. Целая куча незнакомых людей, весело проводящих время на даче. Вот стол, заставленный едой и питьем, а здесь какие-то парочки в спортивных костюмах и джинсах; мангал с шашлыком под ветвями раскидистой ели… В углу каждой картинки стояла крохотная дата – 7 ноября. Я стала разглядывать остальные снимки, и глаз тут же наткнулся на знакомые лица – Вера Ивановна Никитина, сжимая в руке бокал, чуть пьяновато глядит в объектив. А вот и милый мальчик Тима с шампуром в руке. Я поглядела повнимательней и чуть не выронила карточки. На негодном мальчишке надет светло-коричневый кардиган. Узор на трикотаже составляли многократно переплетающиеся буквы «В» и «К», выполненные шерстью светло-песочного цвета, бежевые пуговицы небрежно расстегнуты…

Я собственноручно заказала эту вещь в Париже, у Монро, славящегося подобными изделиями. Мы с вязальщиком долго подбирали размер шрифта. Не хотелось ничего аляповатого, вычурного… Базиль получил кардиган на Рождество и был очень доволен – теплая, дорогая, красивая, эксклюзивная вещь. А теперь вижу, как в ней щеголяет юный прощелыга! Трудно представить, что Корзинкин дал поносить кому-нибудь предмет из личного гардероба. Во-первых, он крайне брезглив, а во-вторых, у французов подобное просто не принято.

Не веря глазам, я пялилась на снимок. Кажется, у моего подарка были другие пуговицы – из слоновой кости. Может, Монро сошел с ума и решил повторить понравившуюся модель? Очень сомнительно, как правило, он создает единичные экземпляры. Но вдруг! А Тима, приехав в Париж, отправился в небольшую мастерскую и приобрел кардиган? Да, но эта вещь стоила три тысячи франков, то есть почти 500 долларов! Откуда у мальчишки такие деньги? К тому же Монро завален заказами на год вперед, ради меня сделал исключение только потому, что Ольга дружит с его дочерью. Нет и нет, кофта принадлежит Базилю, но вот пуговицы…

Оставался только один способ проверить. Я пошла в кабинет и вытащила видеокассету. Рождество праздновали у Корзинкиных и, как всегда, засняли фильм.

На экране замелькала Маня в маске зайчика, Сюзи в белой шапочке с длинными ушами, Кешка в пушистой фуфайке. Вот Ольга прикалывает муженьку на брюки пумпонообразный хвост… Мы все нарядились в тот вечер кроликами и веселились как малыши.

Так, теперь зажигаем елку, открываем бутылку…

Я, как всегда, облилась шампанским…

Вот и момент вручения подарков. Манюня подпрыгивает от удовольствия – Сюзи подает ей золотые серьги с хрусталем в виде груши, новейший прикол парижской моды. В ответ Маруся протягивает собственноручно написанный пейзаж «Зимняя Россия». Буря восторга, выпиваем за талант. Теперь очередь Зайки, и она получает чудовищно уродливую фигурку болонки. Лимож, XVIII век, ужасно дорого, настоящий раритет. Вновь полный экстаз, обмываем собачку.

Наконец камера запечатлевает Базиля, сосредоточенно открывающего коробку. Через секунду кардиган трясут перед присутствующими. Быстрый взгляд на ярлычок, где на белом фоне стоит скромная черная подпись «Монро», и шквал упреков за расточительность. Вот радостный приятель натягивает обнову, застегивает на пуговицы… Пуговицы! Бежевого цвета!