Читаем Нерушимый-10 полностью

Карпина взяли помощником главного тренера, видимо, в противовес Бердыеву, он жаждал активных действий и считал, что наш конек — резвое и непредсказуемое нападение. Он же предлагал сделать ставку на дриблеров, Тюкавина с Кокориным. Непомнящий и Тихонов пока все обдумывали, но все больше склонялись к игре от защиты.

Каждый был прав по-своему, и шансы на победу и так, и эдак были равными.

Что ж, посмотрим, как будет на самом деле.

Между тем, свою травму я полностью залечил и был готов к труду и обороне. Коровьев резко пошел на поправку и должен был лететь домой вместе с нами, а вот Игорь Акинфеев все еще ходил с рукой на перевязи, но расстроенным не выглядел, радовался за нас. Он отлично понимал, что это его первый и последний чемпионат, дальше Игорь рассчитывал выбить финансирование школы вратарей и возглавить ее — точно, как в реальности Звягинцева.

Сегодня мы почти не напрягались. Так, погоняли мяч, поговорили, еще погоняли, потому что завтра надо быть бодрыми и полными сил. От настроя команды победа зависит не меньше, чем от профессионализма.

В три дня мы поехали в гостиницу — самую обычную, в стиле лофт, без пафоса и излишеств, перекусили и отправились в конференц-зал болеть за Уругвай, разгромленный итальянцами. Мы так привыкли за них болеть, что они стали нам, как родные.

Мы пришли на пятнадцать минут раньше трансляции, и в этот раз на экране были не опостылевшие футбольные эксперты, а стадион. Организаторы сделали обзорную экскурсию для тех, кто не сможет присутствовать на игре, чтобы зрители прониклись атмосферой.

Конечно, это не игра года, а битва за третье место, но все равно народу было море. Женщины, мужчины, подростки — семьями, в одиночку и группами через металлодетекторы стекались к гигантскому стадионы Соу-Фай. Он был странным, не похожим на футбольный стадион, и напоминал гибрид оперного театра в Сиднее и оранжереи. Белые колонны держали прозрачный свод, он казался легким и воздушным. Но я понял, что первое ощущение ошибочно, когда стадион показали изнутри и сверху: полные трибуны, спускающиеся ярусами, крошечное поле, где игроков можно разглядеть разве что в бинокль, а под прозрачным куполом крепились огромные экраны, будто бы вмонтированные в гигантские очки дополненной реальности, на экранах играл оркестр на фоне логотипов спонсоров и пела латиноамериканская группа.

Ее сменили фотографии футболистов. Первым был смеющийся Кавани, его сменил Лукаку, и так — ровно до начала матча.

— Хорошо, что крытый, — проворчал Микроб. — Солнце будет не так печь.

— А я уже привык, — сказал Руслан Топчи.

— Тебе проще, ты — крымчанин, — отозвался Денисов. — У вас лето — равно пекло. Но и мы, северяне, более-менее адаптировались.

— Ну не такое пекло…

— Все, давайте смотреть, — осадил нас Микроб.

Реклама на экранах закончилась, и появились выходящие на стадион команды, которые сверху виделись как красные и голубые точки.

Дальше началась обычная трансляция. Бельгийцев трибуны освистывали, уругвайцам рукоплескали.

Южноамериканцы очертя голову ринулись в атаку, которая сразу же захлебнулась. Недолгая толкотня в центре поля, и вот уже бельгийцы у ворот противника. Первый удар — вратарь спас.

— Ну что вы! — воскликнул Микроб.

Сразу второй удар — в этот раз мимо. Атака уругвайцев. Но защитникам удалось отобрать мяч и перевести игру на половину поля соперника.

В принципе, с первых минут было понятно, что бельгийцы техничнее, и наших фаворитов спасет только чудо, на него мы и надеялись.

Первый мяч в ворота Меле залетел на десятой минуте первого тайма, Микроб аж взвыл от досады. Но уругвайцы не сдались, они выжимали из себя максимум, но бельгийцы придерживались своей обычной тактики: забили и окопались в защите, которая у них железобетонная, и дерзкие наскоки нападающих разбивались волнами о волнорез.

Тут даже судьям особо стараться не надо, бельгийцы объективно сильнее. Наскоки уругвайцев напоминали атаки кавалеристов на танк: да, красиво, да, отчаянно, но бесполезно. Южноамериканский футбол, построенный на страсти и индивидуальном мастерстве, разбивался о европейскую машину — системную, хорошо отлаженную, работающую как часы.

Надо отдать должное нашим фаворитам, сражались они самоотверженно и создали даже пару опасных моментов, но увы, первый тайм остался за сборной Бельгии. Команды удалились в подтрибунное, и Микроб задумчиво произнес:

— Блин, а мы круты! Такую сильную команду разделали!

— И это при том, что судья мешал, — поддержал его Денисов.

— Вы молодцы, — обернулся к нам Валерий Кузьмич. — И молодцы, что понимаете, как придется тяжело, но я верю в победу!

Карпин убавил звук, встал и сказал:

— Никаких сомнений! Мы — чемпионы!

— Ура! — воскликнул Сэм, но в этот раз ему ответило сдержанное молчание.

— Соберитесь, парни, — продолжил врач-бээровец, сидевший рядом с тренерами, чем вызвал недоумение, но я знал, зачем он говорит и что сейчас будет.

Микроб стиснул зубы и закусил губу — он тоже знал.