Читаем Неру полностью

Размышляя над проблемами настоящего и будущего человечества, Неру приходит к выводу, что «капитализм свое отжил и достиг стадии, когда пришло время ему уйти», однако такой уход вряд ли произойдет добровольно и безболезненно. Свидетельством тому и захват власти в Италии и Германии фашистами с их человеконенавистническими, расистскими теориями, с их бредовыми идеями о мировом господстве. «Фашизм и нацизм поднимаются в грубом, обнаженном виде, выдвигая войну в качестве конечной цели своей политики».

Думая над тем, существуют ли в современном мире силы, способные не только противостоять империализму и фашизму, но и построить общество, свободное от угнетения и бесправия, нищеты и безработицы, экономических кризисов и войн, Неру с надеждой обращался к примеру Советского Союза. Он постоянно следил за внешнеполитической и хозяйственной деятельностью молодого Советского государства, за «изумительными и грандиозными усилиями, направленными к созданию нового мира на обломках старого. Поездка в Москву в ноябре 1927 года еще больше укрепила его симпатии к СССР, но главное, он утвердился во мнении, что Россия и Индия имеют много общего, их народам предстоит решать сходные проблемы.

Понять настоящее, не зная прошлого, невозможно, и Неру — благо времени у него в тюрьме предостаточно — внимательнейшим образом изучает историю России по всем доступным для него источникам. «Россия под властью царей» — так озаглавил он письмо-очерк, датированное 16 марта 1933 года. Из длинной вереницы российских самодержцев Неру выделяет Петра I и Екатерину II (о прочих он упоминает лишь вскользь). Интерес Неру к ним не случаен. Пожалуй, ни об одном из государственных деятелей России, кроме Ивана Грозного, не написано на Западе такого огромного количества исторических и не меньше псевдоисторических трудов и исследований, авторы которых сосредоточивали внимание прежде всего на усилиях как Петра I, так и Екатерины II, содействовать укреплению могущества России.

Воздавая должное прогрессивным сторонам деятельности Петра, Неру не забывает упомянуть о народных массах, титаническим жертвенным трудом которых была осуществлена мечта монарха о выходе России к морю и которые оставались такими же «отсталыми и угнетенными», как и прежде. Не улучшили положение народа и многочисленные «культурные и образовательные» реформы Екатерины II, стремившейся прослыть во мнении современников и потомков выдающейся просветительницей русского народа и в этом качестве завязать дружеские отношения с великим Вольтером. Показной характер благодеяний императрицы, затронувших лишь элиту русского общества, не вызывает сомнений у Неру. Вывод, к которому он приходит, делает честь любому исследователю, занимающемуся историей чужой страны: «Культура Западной Европы опиралась на определенные социальные условия. Петр и Екатерина, не пытаясь воссоздать эти условия, старались воспроизвести у себя надстройку, в результате эти преобразования, бремя осуществления которых легло на плечи народных масс, фактически укрепили крепостное право и еще более усилили самодержавную власть царя».

Но главное, что привлекает Неру в истории России, — это борьба против самодержавия: крестьянские стихийные бунты, восстание декабристов, движение народников, распространение марксистских идей, образование подлинно революционной партии во главе с В.И.Лениным.

Рассказывая о событиях 1917 года в письмах-очерках «Конец царизма в России» и «Большевики берут власть», Неру называет Великую Октябрьскую социалистическую революцию «событием огромной важности, уникальным в истории». «Хотя эта революция была первой революцией такого типа, — утверждает он, — она вряд ли долго будет оставаться единственной, ибо является вызовом другим странам и образцом для многих революционеров во всем мире. Она заслуживает поэтому тщательного изучения».

Неру убежден в том, что уроки русской революции чрезвычайно полезны для индийцев в их освободительной борьбе, поэтому он подробно останавливается на вопросах тактики и стратегии партии большевиков, руководимых В.И.Лениным. О Ленине Неру пишет с искренним восхищением: «Ленину были чужды колебания или неопределенность. Он обладал проницательным умом, зорко следившим за настроением масс, ясной головой, способностью применять хорошо продуманные принципы к меняющейся ситуации и несгибаемой волей, благодаря которой твердо придерживался намеченного курса, невзирая на непосредственно достигнутые результаты... „Мы не шарлатаны, — говорил он. — Мы должны базироваться только на сознательности масс. Если даже придется остаться в меньшинстве, — пусть. Стоит отказаться на время от руководящего положения, не надо бояться остаться в меньшинстве“ (см.: В.И.Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, с. 105). И он твердо придерживался своих принципов, отказываясь идти на компромисс. Революция, которая так долго шла по течению, без руководства и без ориентиров, наконец-то получила вождя. Время создало человека!»