Читаем Нераскрытое дело (СИ) полностью

   - Никак нет! Дома ее нет, соседи говорят, что не видели ее с утра. Возможно, она у кого-то в гостях. За ней вроде заезжало такси утром. И из квартиры ее под ручку вывел какой-то мужчина. Разглядеть мужика соседи не смогли, даже не вспомнили, в чем толком он был одет. Что-то темное.

   - Это все, что удалось выяснить?

   - Так точно!

   - Понятно, можешь идти в дежурку, если понадобишься, я тебя позову.

   Когда за полисменом закрылась дверь, я сказал:

   - Давай адрес, я лично поеду проверить квартиру. Думаю, после ее посещения, у меня появится версия.

   - Это будет просто замечательно. Если хочешь, возьми в помощь одного из полисменов.

   - Не нужно. У них нет той хватки и ума, что у Алекса.

   - Кстати, как там Болтин? Я звонил час назад в больницу, мне толком ничего не сказали.

   - После квартиры Марьяны съезжу к нему, а потом домой, нужно до утра немного поспать.

   Пара отмычек, которыми я пользовался при открытии квартиры, негромко щелкнули, проворачивая механизм замка. Жилище молодой студентки отличалось аккуратностью и изыском. Количество ковров и мебели на квадратный метр просто поражало. Множество тумбочек, шкафов в прихожей, большая двуспальная кровать в спальне, письменный стол с книгами и тетрадями там же, зеркальные потолки, несколько шкафов с одеждой и обувью, три параллельных пруфона, один из которых оказался в ванной комнате. Но все чистенько, ухоженно и аккуратно расставлено. И только в кухне на столе недопитая чашка остывшего кофе и зачерствелые пирожные на блюдце. Паспорт на имя Марьяны Митрыч я нашел в ящике письменного стола. Там же обнаружилась большая сумма денег.

   К Алексу меня не пустили, сказали, что он под снотворным спит. Зато мне удалось пообщаться с его дочерью Алиной, которая не собиралась до утра покидать больницу и тихонечко рисовала в толстом альбоме, сидя на стуле. Девочке на вид было лет пятнадцать, и в ее больших зеленых глазах читалось неудержимое желание остаться на посту перед палатой отца. Иногда я жалею, что у нас с Марсель никогда не будет детей.

   - Врачи говорят, что с ним все хорошо, и он просто спит. Но мне кажется, что они что-то скрывают. Папа никогда не болел раньше. А правда, что это обычная ветка его ударила, а не какой-нибудь злодей?

   - Правда, Алина, я был там, эта была толстая ветка. Сейчас дождя и ветра почти нет, а тогда погода не на шутку разыгралась. Кстати, я благодарен твоему отцу, если бы не он, от этой ветки пострадал бы и я. Так что он, можно сказать, мой спаситель. И на твоем месте я бы не волновался. Врачи здесь отличные, они быстро поставят Алекса на ноги. А тебе уже пора домой, мама, наверное, волнуется.

   - Мама умерла в прошлом году.

   - Извини, я не знал, Алекс мне ничего не говорил.

   - Папа не любит много говорить. Но он очень любит меня, а я его. А вы не волнуйтесь, я днем выспалась, завтра утром пойду в школу, как обычно. А сейчас посижу тут в сторонке, порисую. Я очень люблю рисовать. Это у меня от мамы, она окончила художественный институт в столице. Видели бы вы ее картины. Папе предлагали за них большие деньги, но он отказался.

   - Алина! Рисовать - это конечно хорошо, но ночью всем девочкам в твоем возрасте положено спать. И не спорь. На правах начальника твоего папы я настоятельно рекомендую поехать со мной, чтобы отвезти тебя домой.

   - Но папа может проснуться в любую минуту. А меня не будет рядом.

   - Ничего страшного, я думаю, он переживет это как-нибудь. Но, если он узнает, что ты просидела в больнице всю ночь, то будет очень недоволен и может огорчиться. Ты же не хочешь расстроить любимого папочку? Вот и прекрасно. Давай, я помогу тебе донести альбом до мобиля.

+++

   Утром, перед поездкой в полис, я заехал в больницу. В палату Болтина меня пустили только после того, как я показал свое удостоверение. Алекс лежал на кровати с перевязанной головой и закрытыми глазами. Я постоял минуту перед ним и сказал:

   - Не притворяйся, Алекс, я знаю, ты не спишь. Врач сказал, что ты пришел в себя еще ночью. Медсестра пять минут назад выходила из палаты с подносом, на котором лежал использованный шприц. Сомневаюсь, что после укола ты так быстро уснул.

   - Сеньор капитан, вы как всегда правы. Я просто лежу с закрытыми глазами.

   - У меня к тебе всего один вопрос. Где Марьяна?

   Алекс открыл глаза, и в расширенных зрачках помощника я увидел боль, которую помощник скрывал насупленным взглядом.

   - Неужели сеньор капитан этого не знает? Хотя, судя по вопросу, вы догадались обо всем остальном.

   - Алекс, у тебя не так много времени, до официального предъявления обвинения тебе надо написать явку с повинной, это зачтется на суде. Я догадываюсь о твоих мотивах, но убийство есть убийство.

   - Ничего-то вы так и не поняли, Дуглас. Писать я тоже ничего не буду. Да и вряд ли доживу до суда. У меня злокачественная опухоль мозга, уже полгода держусь на обезболивающих. Врачи говорили, что я должен умереть месяц назад.

   - Это очень печально, но причем тут Марьяна? Куда ты спрятал девушку?

   - Я отвечу на ваш вопрос позже. Но сначала интересно послушать вас. Я предполагал, что вы меня раскусите, но не думал, что так быстро.