Читаем Непутевый Демон-2 полностью

Уборщик не подвёл и возник ровно там, где я и рассчитывал. Чуть поодаль появился второй, атакуя следующего оппонента. Я же практически летел вперёд с наклонённой горизонтально саблей, что увеличивало площадь возможного поражения. От острия легко увернуться, а вот от широкого взмаха — гораздо сложнее. И пускай затупленная кромка клинка не могла даже оставить внятного следа на коже, на такой скорости это уже не имело большого значения. Кто хоть раз совал палец в вентилятор знает, что даже гладкий пластик способен доставить неприятности.

Первый противник успел исчезнуть перед самым моим носом, но вот второй был слишком занят избиением девушки с тренировочным эстоком. Небольшая фора позволила мне до него дотянуться, но он в последнюю долю момента успел поставить черенок метлы в блок. В итоге тренировочная сабля перерубила деревяшку, а инерция потащила меня дальше. Тормозил я до самой противоположной стены, чтобы не остаться на ней трафаретом подобно мошкаре на лобовом стекле автомобиля.

Получилось это у меня с огромным трудом, и не без травм. Больше всех досталось многострадальным ногам, но стоило мне окончательно погасить скорость, как рядом возникла одна из копий с явным намерением отбить мне всё остальное. Энергии уже не хватало, и ускориться я мог лишь частично, кое-как отбив хитрый выпад укороченной метлы, но дедок одновременно врезал и второй рукой, что продолжала держать верхний обломок черенка. Вроде бы обычная палка, а по ощущениям как будто толстой арматуриной приложило.

Перед глазами всё завертелось в цветном калейдоскопе, пока свет перед глазами окончательно не померк.

Очнулся я, как ни странно, на чём-то мягком и упругом. Голова трещала нещадно, однако боль потихоньку сходила на нет. Видимо, потому что на ней лежала чья-то тёплая ладошка. Когда мне перестало казаться, что мои глаза вот-вот вывалятся наружу, я с трудом распахнул веки и уставился мутным взором на окружающий мир. Как оказалось, надо мной колдовала полузнакомая курносая девушка с волосами персикового цвета, повязанными с одной стороны в несколько косичек. Мою голову она пристроила у себя на коленях и методично приводила её в порядок.

— Как самочувствие?

— Спасибо, уже лучше.

Я скосил взгляд и смог разглядеть, что над остальными тоже вовсю хлопочут целители. Большинство — из нашего курса, так что и Тори с Ивой тоже здесь присутствовали. Естественно, остроухая сейчас приводила в чувство Алонсо. Хорошо иметь девушку с даром лечения…

— Перед глазами не двоится? — продолжила опрашивать меня целительница, положив зачем-то руку мне на грудь. — Слышишь как, чётко?

— Да вроде всё в порядке.

— Это хорошо…

Она повела рукой ниже, по моим рёбрам и прессу. И не успел я удивиться такому поведению, как живот резко свело от режущей боли, будто там воспалилось сразу несколько аппендицитов. Или туда вонзили раскалённый кол и намотали на него весь ливер. В общем, ощущения были ещё те, а девушка с милой улыбкой наклонилась к самому моему лицу, щекоча его волосами, и тихонько поинтересовалась:

— Ну, как тебе спится на моей кровати?

И тут я наконец-то вспомнил, где мог раньше её видеть, только это открытие меня совсем не порадовало.

— Скрипит, зараза… — едва выдавил я из себя.

— Какая жалость, — притворно вздохнула она, продолжая выкручивать мои внутренности, словно половую тряпку. — Ты уж потерпи как-нибудь, ладно? Раз тебя совесть не мучает, то хоть так…

Ответить я уже не мог. Мне казалось, что из меня вот-вот вылупиться детёныш Чужого, или ещё чего похуже, но целительница с явным сожалением наконец-то отдёрнула руку, прекратив симулировать схватки. А пока я приходил в себя, хватая ртом воздух, она поправила слипшиеся от крови волосы у меня на лице и высвободила ноги из-под моей головы, бережно придержав за затылок, чтоб я ненароком не стукнулся им об пол. После чего окинула меня с головы до ног критическим взглядом, каким художницы смотрят на дописанную картину, и удовлетворённо кивнула.

— Не болей!

— Да уж постараюсь…

Девица снова выдала милую улыбочку в ответ и как ни в чём не бывало направилась к следующему пациенту. Мигрень у меня, к слову, полностью прошла, хотя на стыке лобной и височной костей наливалась крупная шишка. Когда рези в нижней половине туловища окончательно утихли, я поднялся на ноги и первым делом подобрал валяющуюся неподалёку саблю. Однако уборщик преспокойно наблюдал за работой целителей в единственном экземпляре и никого не бил. Уже хорошо.

Те, кто успел прийти в себя, стояли в строю под его пристальным взором. Я тоже к ним присоединился чисто на автомате, без дополнительных понуканий — вот что значит проникнуться службой. Когда починили последних, старичок наконец-то нарушил молчание вполне бодрым, пусть и хрипловатым голосом:

— Беспечность приводит к смерти. Вы, как будущие воины империи, должны быть готовы её встретить в любой момент. Это ясно?

Мы кивнули, после чего он продолжил:

— Меня зовут Широ. Можете обращаться ко мне просто мастер. Сейчас я назову тех, кто будет заниматься у меня, а остальные пройдут общую подготовку.