Читаем Непутевый Демон-2 полностью

Я подождал, пока осмелевшая тварь подберётся поближе, после чего схватил её за лапы. В ответ оно застрекотало и ткнуло иглами в предплечье, без труда пробив ткань рубашки, но мне только это и требовалось. Руку тоже свело от боли, однако я так и не выпустил ядовитую гадину. Вместо этого поскорее приложил трепыхающуюся гадину к другой ноге, словно лечебную пиявку. Та немедленно атаковала конечность, возвращая и её в строй.

Жар уже не тёк — он уже вовсю бурлил во мне, заставляя сердце истошно колотиться о рёбра. Следующий укус я почти не почувствовал, но сильно тому не расстроился. Левая рука и так уже слушалась вполне неплохо. Похоже, я «выдоил» кусаку досуха.

— Вот спасибо, удружил…

Голос у меня стал, будто у заядлого курильщика с двадцатилетним стажем, но главное — я снова мог говорить. Организм стремительно оттаял, как после заморозки, но не размяк. Так что я со всей силы шмякнул членистоногого об пол. Каменная плита оказалась крепче внешнего скелета, и хитиновый панцирь лопнул, брызнув на руку какой-то внутренней гадостью. Бедолага задёргал лапками и вскоре затих. Увидев такую беспощадную расправу над сородичем, другой паучок, который тоже хотел понаделать в моей одежде новых дырок, замер в нерешительности.

И правильно, допинга мне пока хватает.

Я выхватил обломанную катану и рубанул прямо из положения лёжа. Клинок снёс весь ряд лапок и оставил глубокую борозду на панцире, отшвырнув хищника в сторону. Всё, этот тоже не противник. Добивать нет смысла, потому что вокруг имелись цели куда приоритетнее.

Ребята уже не обращали внимания на мелких обитателей потолка, что ещё прыгали сверху, схватившись с их более крупными сородичами, прискакавшими на шум драки. Таким здоровякам наверху уже не удержаться, поэтому они предпочитали перемещаться по полу, набегая со всех сторон. Эти уже ни в какую кастрюлю бы не поместились, а их жала по длине вполне соперничали с кинжалами. Крепость отростков тоже оказалась на высоте, и с первого раза перерубить их получалось лишь у зачарованного топора Сатании. Часть её рунических татуировок на руке перетекла в оружие, заставив его сиять не хуже ксеноновой лампы. А сама фурия не останавливалась ни на секунду, выкашивая тварей одну за другой.

Моё возвращение в строй пришлось очень кстати. Ребята и так дрались на пределе, а противники всё наседали. Алонсо едва успевал отбрасывать новоприбывших, чтобы девчонки успели покромсать остальных. В принципе, они могли так обороняться ещё несколько минут, если бы откуда-то из глубин подземелья к нам не прискакал явный предводитель этой стаи, размером с целый микроавтобус. По пути он сшиб нескольких крупных сородичей, не особо беспокоясь об их сохранности, а одного и вовсе наколол на лапу, пробив панцирь насквозь.

Резкий порыв ветра, организованный Алонсо, тварь напрочь проигнорировала. Затормозила она лишь перед Сатанией, замахнувшейся для сокрушительного удара. Однако ударить девушка не успела — чудище резко скрестило передние лапы, породив грандиозный хлопок. Примерно с таким звуком взрывается на пожаре газовый баллон. Взрывная волна оказалась в наличии, разойдясь кольцом от гиганта, только безо всякого огня. Просто разметало всё в радиусе пятнадцати метров.

Обычный стук лапок такого точно вызвать не мог, а всё что невозможно объяснить логикой, автоматически попадает под юрисдикцию магии. Лично мне так проще сохранять рассудок. Значит, эта тварь ещё и колдовать может, чудесно.

Зверолюдку отбросило в сторону, будто тряпичную куклу, вместе с несколькими паучками поменьше. Остальные устояли на ногах и лапах. Криста тут же переключилась на новую цель, но её ледышки бессильно разбивались о толстый панцирь, оставляя на нём лишь неглубокие вмятины. Чудищу град не мешал, и оно потопало вперёд, прямо на Снегурочку.

Я помотал головой, прогоняя назойливый звон в ушах после хлопка, и выставил вперёд руку. Следующий взрыв может вполне стать для группы последним. Даже если никто сильно не пострадает, остальные паучки мигом это исправят.

— Ложись!

В моём распоряжении осталась только магия огня, так что сильно ломать голову не пришлось. Я сформировал шар огня и запустил его под набегающую тварь. Нарочно не стал стрелять прямо по корпусу, вспомнив рассказ одного знакомого с Дальнего Востока — большого любителя камчатских крабов. Он как раз упоминал, что тех начинают разделывать именно с брюшной части, более мягкой и податливой. Крепость остального панциря я уже оценил, и не хотел тратить энергию впустую.

Огненный сгусток разорвался точно под ним, ненадолго подбросив тушу вверх. Эта взрывная волна оказалась послабее предыдущей, ударив в основном по ушам. Зато гиганту досталось куда серьёзнее — пару лап оторвало с корнем, а из проломленной брюшины вывалились дымящиеся внутренности. Помирать чудище пока не собиралось, но особой угрозы уже не представляло, позволив мне сосредоточиться на остальных.