Читаем Непревзойденные полностью

Свадьбу сыграли вскоре после возвращения в Москву. Со стороны невесты свидетелем была все та же Тарасова. Из Дворца бракосочетания молодожены поехали к могиле Неизвестного солдата, а уже оттуда заявились… в «Лужники» на каток «Кристалл», где шла плановая тренировка взрослых и детей. Последние бросились к молодоженам, осыпая их поздравлениями.

Осенью 1977 года начался новый сезон. Моисеева и Миненков танцевали его под мелодию Леонарда Бернстайна из фильма «Вестсайдская история». И в январе 1978 года, пропустив чемпионат СССР, они летят на чемпионат Европы во Францию и завоевывают там золотые медали, опередив своих главных конкурентов – Наталью Линичук и Геннадия Карпоносова (учеников Елены Чайковской). Было видно, что этот танец оказался для фигуристов очень близким, отвечал их душевному настрою – катались они вдохновенно. И все же Тарасова увидела тогда и другое – что с подобного рода программой они несколько поторопились. Нет, технически все выглядело безупречно, но смотреть было… скучно, поскольку весь танец проходил под одну мелодию.

А впереди был новый турнир – чемпионат мира в Оттаве (Канада), который открывался в марте 1978 года. У Моисеевой и Миненкова еще было время подготовиться к нему и отточить свое катание. Но они вместо этого постоянно спорили на льду, выясняя отношения. В то время как их главные конкуренты – Линичук и Карпоносов – упорно тренировались, позабыв даже о малейших разногласиях. Да и произвольный танец у них был замечательный (лучший за всю их карьеру) – оригинальный пасодобль. Поэтому на чемпионате мира «золото» взяли именно Линичук – Карпоносов, а наши герои довольствовались лишь вторым местом. Т. Тарасова вспоминает:

«При исполнении обязательного танца – романтического танго – Ира споткнулась. И тут же, на этом же шагу, вслед за ней споткнулась и Наташа, но оценки Линичук и Карпоносов получили выше. Такая ситуация не смутила, а раззадорила Моисееву и Миненкова, произвольный танец они прокатали на таком высоком уровне, вложив в него столько экспрессии, что в зале установилась абсолютная тишина. Кроме музыки, можно было услышать, наверное, только как я дышу. И когда в финальном такте Андрей поднял Иру на руки, я сказала: «Все». Я не сомневалась – победа за нами. Он повторил за мной: «Все!» И тут же споткнулся, уронил партнершу, и они покатились кубарем по льду.

Потом Андрюша говорил, что я его сглазила, но, конечно, дело не в одном слове, сказанном вроде бы под руку. Они могли выиграть, но могли и проиграть, что и случилось. В тот год дуэт Моисеева – Миненков не выглядел абсолютно сильнейшим, это был не чемпионский дуэт. Они плохо тренировались накануне решающего старта, тратя время на выяснение, кто у них в паре главный, и совсем перестали меня понимать.

Ира и Андрей всегда занимались очень нервозно, а тут они, почувствовав себя полноправными чемпионами (в 1975 году они знали, что Пахомова и Горшков вернутся на лед), совсем распустились и стали выяснять и оспаривать правильность каждого шага, пропустив в спорах буквально месяцы тренировок. Я разными способами пыталась пресечь разгильдяйство. Наконец обратилась к родителям, но и вмешательство родителей ни к чему не привело, они словно закусили удила…»

После чемпионата мира Моисеева и Миненков уехали домой, а Тарасова отправилась в турне по Америке вместе с Ириной Родниной и Александром Зайцевым. На лед тренер и ее ученики вновь вышли спустя несколько месяцев – в июле. Однако их совместные тренировки продолжали сопровождать ссоры и споры. Свою лепту в них вносила и хореограф Елена Матвеева, которая взяла сторону фигуристов, что Тарасову еще больше нервировало.